***
 
Коробок с документами и зарядкой Женя выбросил в урну рядом со входом. Заметил равнодушный взгляд охранника, словно каждый день в этом киоске происходило подобное. Планшет был заряжен наполовину. Но даже этого, как заверили продавщицы, должно хватить минимум на три часа. А этого даже много. Женя включил устройство. Первая загрузка происходила долго. Свой логотип компания-производитель показала несколько раз под разными углами. Евгений успел подойти к переходу через Малую Дмитровку.
– Женя! – раздался крик возле уха.
Евгений вздрогнул. Планшет чуть не выскочил из рук. Затравленно обернулся. Кричала женщина лет пятидесяти, но с такой отменной фигурой, что ей бы позавидовали многие восемнадцатилетние. Она звала мужчину, который уже перешёл дорогу. Он обернулся и всмотрелся. На губах появилась улыбка, помахал рукой.
Женя облегчённо вздохнул. Вытер испарину со лба.
В начавшемся видео производитель благодарил за выбор именно этого устройства. Рассказывал и показывал, как долго и хорошо будет работать их аппарат. Загорелся зелёный свет. Поток транспорта остановился. Запищал светофор. В одной из машин громко играла музыка. Кобейн просил его изнасиловать.
Навстречу шла длинноногая брюнетка в короткой чёрной юбке и белой блузке. По сравнению с Аликс, она была страшненькой. Но по сравнению с охотницей любая девушка превращалась в дурнушку. Женя непроизвольно засмотрелся на брюнетку. Возникла сумасшедшая мысль подойти и познакомиться. Да не просто как всякая шпана, которая мнит себя ловеласами, а сразу пригласить в какое-нибудь дорогое место. В «Седьмое небо», например. Вроде долетали новости, что недавно вновь открыли этот ресторан.
Женя улыбнулся. Странно было ему чувствовать себя богатым. К тому же он понимал, что надо не упустить момент. Охотники уйдут и возможность создавать деньги пропадёт. Надо, не откладывая в долгий ящик, быстро открыть множество счетов во всевозможных банках мира, чтобы оставшуюся жизнь беспокоиться лишь о своевременном снятии процентов.
Женя посмотрел на экран планшета. Там по-прежнему шёл ролик производителя. Евгений перекинул дорогое устройство из руки в руку. Затем подкинул его вверх на несколько метров. Возникла мысль не поймать, но в следующий миг ухватил. Мимо прошёл парень лет двадцати. Вяло посмотрел, как подкидывали дорогущий планшетник. Создавалось чувство, будто он ежедневно и по несколько раз видел, что прохожие так делали. Евгений ухмыльнулся. Москва… она такая. Неудивляемая.
В животе забурчало. На глаза как раз попалось заведение быстрого питания на углу с Тверской улицей. Женя, недолго думая, открыл двери и вошёл. Поднялся по лесенке, бросил взгляд на охранника, спрятавшегося над входом. Народа в заведении было мало, большинство столиков свободны. Вальяжно прошёл к кассам. Как раз повезло, прямо перед ним освободилась одна из продавщиц.
«Айна» – прочёл Женя на бейджике.
– Здравствуй, Айна, – улыбнулся он несимпатичной женщине непонятного возраста.
– Здравствуйте! – притворно улыбнулась она. – Что будете заказывать?
Несколько мгновений Женя честно пытался придумать, что же он хочет. А потом стал называть всё, что попадалось ему на глаза. Айна не успевала забивать всё в компьютер, много раз переспрашивала и уточняла.
– Всё! – наконец сказал Женя.
– Вы заказали… – Айна собиралась перечислить весь список.
– Не надо! – замахал руками Женя. – Просто назови сумму. Мне всё равно сколько будет там. – Он достал из кармана толстый ком денег, небрежно бросил на прилавок. – Достаточно?
Сотрудница посмотрела на смятые купюры. Перевела взгляд на покупателя. Затем вновь на деньги. Затем вновь на покупателя. После остановилась на деньгах и больше не поднимала глаз. Столько наличных она видела впервые. Жене даже стало её жаль. Приехала на заработки. Скорее всего, отправляла деньги родным.
Айна отсчитала нужную сумму, остальное хотела вернуть.
– Вам придётся подождать…
– Возьми себе, – Женя небрежно махнул рукой. – Принесёшь мне еду за тот столик, – указал в зал.
– Хорошо, – сразу согласилась сотрудница.
Покупатели за соседними кассами и продавщицы, все как один, посмотрели ему вслед. К Айне подскочила прыщавая менеджер, хотела схватить деньги. Но Айна спрятала их за спину.
– Дай сюда, – потребовала менеджер. – С такими людьми не тебе работать.
– Я сама разберусь с этим клиентом, – со сталью в голосе произнесла Айна.
– Дай сюда деньги и отойди от кассы! – менеджер силой попыталась отпихнуть подчинённую.
– Я сама разберусь с этим клиентом! – визгливо воскликнула Айна.
– Я отстраняю тебя от работы! – менеджер пошла красными пятнами. – Иди, собирайся! Ты уволена! Деньги давай сюда! Это больше не твой клиент!
В раскосых глазах Айны стал набирать силу ураган. В этот момент на потасовку за кассой обратил внимание Женя. Вмиг догадался из-за чего буря. Вскочил из-за стола, планшет оставил.
– Эй-эй-эй! – подбежал он к ссорившимся женщинам. – Я, кажется, дал ей деньги… – указал на Айну.
– Ваш заказ вскоре будет исполнен лично мною. Присядьте, пожалуйста, – дежурная улыбка менеджера вывела Евгения из себя. Кулаки сжались, лицо покраснело.
– Я не тебя просил выполнить мой заказ, а её! – процедил сквозь зубы.
– Она отстранена от работы, за…
– Заткнись! – Женя нагнулся над кассой, ему очень хотелось взять менеджера за воротник и влепить несколько оплеух. – Я не у тебя заказ делал, а у неё! Вот пусть она и выполняет! Не хочешь, чтобы она выполняла? Кто у вас главный? Зови его. Будем решать вопрос о твоей профпригодности. И жалобную книгу давай. Напишу в неё всё, что думаю о тебе.
– Молодой человек… – улыбку с лица менеджера, будто ураганом сдуло.
– Жалобную книгу и директора по персоналу сюда, живо! – прикрикнул Женя. – Либо пусть она выполняет мой заказ! – ткнул в Айну.
Менеджер посмотрела на кассира с таким выражением, что нетрудно стало догадаться: Айна работает в этом заведении последние часы.
 
***
 
Лишь через сорок минут Айна донесла последние продукты из заказа. На столе муравью негде было пройти. Всё заставлено коробками и коробочками, бумажными стаканчиками с напитками и прочей едой. Женя ничего не доел до конца. Все понадкусывал и бросил. Люди пропустившие ситуацию перед кассой, с удивлением поглядывали на странного клиента, которому в этом заведении прислуживали. Некоторые пытались остановить Айну и тоже сделать ей заказ. Та отмахивалась от них, словно от надоевших мух.
Женя всё это время копался в интернете, искал адреса банков в центре Москвы. Набралось их не так и много, зато с серьёзными именами.
К тому моменту, когда Айна принесла последнюю коробочку с каким-то блюдом, Женя был уже сыт. Даже подташнивало от переедания.
– Всё, – сотрудница ресторана быстрого питания поставила последнее блюдо из заказа на гору несъеденной еды в красивых упаковках.
– Возьми, – откинулся на спинку стула Женя и протянул пачку денег.
– Нет-нет! Не надо! – замахала руками Айна.
– Возьми! – Евгений потряс у неё перед глазами веером денег. – Это за обслуживание. Отдельная благодарность.
– Вы и так хорошо отблагодарили, – Айна боялась признаться, что у неё в кармане раза в четыре больше того, что ей сейчас предлагали.
– Возьми, говорю, и не спорь, – вяло бросил Женя. Он чувствовал, что объелся до отвала. – Если я даю, значит, хочу тебе их дать. Тем более сегодня ты их заслужила. Бери!
Айна неловко приняла деньги. Чуть не выпустила. Сложила вдвое и запихнула в карман.
– Спасибо! – слегка поклонилась она. – Вы очень щедрый.
– Пожалуйста! – Женя улыбнулся, словно кот, обожравшийся сметаны. Потянулся и взял со стола апельсиновый сок. Сделал глоток и поставил на место. Вывел планшет из режима сна и открыл новостной сайт, где привык узнавать последние события. Сразу бросился в глаза огромный и неказистый заголовок красными буквами: «ХРАМ ВАСИЛИЯ БЛАЖЕННОГО ПРОДАН!!!». Женя посмотрел в потолок, затем вновь опустил глаза на планшет. Нет, ошибки быть не могло. Текст под заголовком действительно гласил, что в две тысячи седьмом году ряд высокопоставленных московских чиновников выдали бумагу на имя некоего Шуаева Руслана Рамазановича о том, что Храм Василия Блаженного находится в его собственности. Почему Руслан Рамазанович столько лет не предъявлял право на объект культурно наследия, он объяснил тем, что забыл о приобретении. При этом на него, из имущества, зарегистрирована лишь старенькая «Приора» и однокомнатная квартира в Балашихе. А ещё четыре крупных кредита. Как сообщалось в известии, специалисты уже провели исследование бумаг, подписей должностных лиц и пришли к заключению, что всё подлинно. Чиновники, чьи автографы на данной бумаге, своё участие в этом деле напрочь отрицают и настаивают на подделке. Все они уже взяты под стражу, а имущество арестовано. Статья закончилась недоумением журналистов над тем, как музей могли продать, да не просто какой-то где-то, а музей на Красной Площади! При срочном докладе президенту РФ, тот взял под свой контроль дело о таком наглом мошенничестве и пообещал, что виновных накажут вне зависимости от занимаемых должностей.
Остальные новости по сравнению с этой выглядели, как кильки рядом с акулой. Женя пробежал глазами ничего для него незначащие курсы валют, возмущения НАТО, ураган в Австралии, массовый побег заключённых в Бразилии. Дотянулся до сока и сделал глоток. Живот пучило от переедания. А ведь он едва ли съел сотую часть того, что заказал. Отрыгнул и поставил стакан с соком обратно на стол. На одну из коробок положил и планшет. Медленно поднялся. В животе словно кирпич, а не еда. Шаркающей походкой, под пристальным взглядом охранника, покинул заведение быстрого питания.
После кондиционеров, работавших внутри, на улице показалось душно. Мимо проехал огромный джип, который уже и джипом назвать сложно, так, маленькая версия БелАЗа. За рулём сидел тучный мужчина с блестевшей лысиной. Женя посмотрел вслед дорогому авто. Захотелось такую же машину.
– Это после, – пробормотал он. – Вначале дело.
Ноги сами собой понесли в центр города, к ближайшему банку. Нырнул в подземку. Прошёл мимо стеклянных дверей метро. По длинному переходу шагало много людей. Большинство гуляли. Встретилась группа то ли китайцев, то ли японцев. Все с фотоаппаратами или видеокамерами. Молоденькая и симпатичная девушка-гид шла впереди с красно-зелёным флажком. Он прошёл мимо мемориала погибшим при теракте. Свернул к выходу на нечётную сторону Тверской. Взбежал по ступеням. Возле выхода увидел рослую блондинку на высокой шпильке, в коротких кожаных шортах и белой маечке с блёстками. Она прошла мимо с таким напыщенным видом, будто ей одной известна тайна вечной жизни. Женя усмехнулся. Но уже в следующую секунду обернулся посмотреть на её потрясающую фигуру…
 
***
Вокзал остался позади. Вскоре проехали надпись из цветов «Счастливого пути». После начались районы Москвы. На стенах, огораживающих пути, было много дурацких, нелепых, бессодержательных и прочих идиотских надписей и рисунков.
В дверь постучались. Илья открыл. В купе вошёл проводник. Оторвал вторую часть билетов и надорвал их рядом с голограммой РЖД. Объяснил правила пользования туалетом. Рассказал про горячую воду. Добавил, что если им захочется чая или кофе, то они могут обращаться в любое время. Также перечислил почти весь ассортимент шоколадок и печений, продававшихся у него. Предложил не стесняться и приходить за ними в любое время. Напоследок, с особенным удовольствием добавил, что вагон-ресторан – соседний, и если дорогим гостям будет угодно, они могут пройти и пообедать там. Похвалил кухню. Илья ездил пару раз на поездах дальнего следования, в том числе и в Кисловодск. И не помнил такого отношения проводников. Великое кавказское гостеприимство скрыть тяжело. Да и не за чем.
Проводник напоследок улыбнулся и ушёл в следующее купе. Илья закрыл дверь. Повернул замок. После упал на нижнюю полку и минут десять просто смотрел в окно, на Москву, из которой уезжал даже не зная, получится ли ещё вернутся.
Лина глядела под ноги.
– Если с ними Женя… – выдернула она любимого из блаженного состояния бездумья.
Она не закончила. Однако этого и не требовалось. Илья и сам понимал, что если Женя по-прежнему с ними, то охотники будут намного мобильнее.
– Думаешь, они его заставили?
– Вряд ли, – помотала головой Лина. – Скорее всего, сделали так, что он сам захотел им помогать. Показали какой-нибудь фокус.
– Что с такими делают потом, когда надобность отпадает?
– Убивают, – буднично ответила подруга. – Охотники должны уничтожать всех, кто общался с нарушителем порядка.
– Не слишком ли много убивают охотники?
– Ты не представляешь сколько там, – Лина указала в небо. – Миров. В каждом уйма народа. Людей вообще слишком много…
– Людей-то много. Только настоящих среди них мало.
Подруга промолчала. Не нарушал тишину и Илья. Лишь колёса стучали по рельсам. Обоим хотелось пить, но они попросту сидели и смотрели в окно, погружённые в невесёлые мысли. Илья думал об этом сумасшедшем дне. Если повезёт, то будет вспоминать его всю оставшуюся жизнь. Если не повезёт… Вот тут мысли и повернулись в другую сторону. Как сделать так, чтобы повезло? Со слов Лины выходило, что охотники не отступятся ни при каких обстоятельствах.
«Но должен же быть выход» – Илья потёр виски.
Он достал телефон и вышел в интернет. Новости словно взбесились. Будто все журналисты и редакторы разом объелись ЛСД, а после напились водки. На одном сайте говорили о продаже Храма Василия Блаженного. На втором, что со счетов Сбербанка пропали деньги всех граждан и организаций России, а в Сокольническом парке пошёл дождь из мороженного. Ещё один сайт утверждал, что возле станции метро «Дмитровская» восставшие мертвецы накинулись на людей, а кроме того заявлял о появлении странного сооружения в районе станции метро «Юго-Западная», якобы оно возникло посреди дороги и у него лишь внешние стены, внутри оно полое и в любой момент может рухнуть. Сообщалось и о том, что в гипермаркете неподалёку от метро «Алтуфьево» все продукты питания оказались просрочены, при этом даже несколько людей успели отравиться. Илья с интересом прочёл о женщине, появившейся на площади трёх вокзалов, якобы она могла делать деньги из воздуха. О дальнейшей судьбе этой дамы умалчивалось. Новости из регионов были не такими сенсационными. Видимо региональные журналисты и редакторы не любили ЛСД, предпочитая просто водку. Сообщалось, что в Чебоксарах на одной из детских площадок обнаружился истребитель МИГ-29, правда без боевого вооружения и неспособный подняться в воздух из-за серьёзных неисправностей. А в Краснодаре, у бездомного в тележке из супермаркета, нашли пулемёт «Максим» в отличном состоянии и с двумя лентами. В Сыктывкаре же на фабрике туалетной бумаги случился огромный пожар, запечатлённый на сотни видеокамер. Когда же прибыли пожарные оказалось, что возгорания не было.
Среди всего этого многообразия сообщение о том, что движение по кольцевой ветке приостановлено из-за непонятной чертовщины, показалось невинной детской шалостью.
Илье вскоре надоели сенсационные новости со всей страны. Про иные государства он даже не читал. Догадывался, что там кутерьма не меньше.
В дверь постучали. Илья встал, открыл. На пороге улыбался проводник.
– Я вот иду мимо вашего купе и прямо чувствую, что вам хочется чая! – сказал он.
Илья с Линой переглянулись. Заказали чай и шоколада. Проводник, вернувшись, попросил купюру поменьше, сказал сдачи нет.
– И не надо, – Илья всунул ему в руку деньги. – Завтра утром ещё что-нибудь закажем. А оставшееся на чай будет. Пойдёт?
– Канечно пойдёт! – улыбка грозила разорвать лицо проводника. – Если что-то понадобится, обращайтесь в любое время! Для дорогих гостей ничего не жалко!
– Обязательно, – в один голос заверили его Лина с Ильёй.
Шоколад оказался невкусным. А может, нервы были на пределе, и в горло кусок не лез. Поезд выехал из Москвы. Мелькнула станция «Люберцы 2». На перроне стояли люди, дожидались электричку. Илья взял с верхней полки подушку и завалился на койку. Мимо окон проносились деревья. То ли лес, то ли рощица. В коридоре мужской голос громко крикнул «Ты там что, уснула?!».
– Ничего, – пробормотал Илья. – Я обязательно что-нибудь придумаю. Ты только в меня верь.
– Верю, – незамедлительно сказала Лина.
 
***
 
Балтика смотрел на памятник великому русскому поэту. Когда-то, на малолетке, он ни за что опустил паренька с погонялом Пушкин. Малолетка иногда прощает такие поступки. После были и другие опущенные, но уже за дело. А ещё чуть позже он вообще прекратил самостоятельно заниматься этим грязным процессом. Стоило лишь пальцем указать на человека, и шестёрки выдавали тарелку с дырочкой.
Но тот паренёк, Пушкин, ему запомнился. Несколько раз даже снился. Что с ним стало на зоне, Балтика не ведал. Да и вообще не понимал, к чему все эти воспоминания.
Люди обходили странного человека в кожаном плаще, застывшего на углу Тверской улицы и Тверского бульвара. А Женя как раз обернулся на длинноногую блондинку в коротких шортах. Её призывно вилявший зад так и просился, чтобы его приласкали. Балтика собирался повернуться и зашагать в сторону Кремля. Как раз занёс ногу, когда в него врезался засмотревшийся на блондинку долговязый парень. Через несколько секунд вор в законе оказался сидящим на пятой точки посреди Тверской улицы.
– Извини! – Женя глянул на старичка сверху вниз. Подхватил его подмышки и бесцеремонно поднял. – Что ж ты старый, не видишь, куда прёшься? – задал вопрос, на который не рассчитывал получить ответ. – Совсем слепой? Или дурной? С таким зрением дома надо сидеть, а не шляться, где ни попадя, народ пугать.
Балтика поправил очки. В этот момент Женя и почувствовал, что вляпался во что-то нехорошее. Перстни на пальцах, кожаный плащ. Да и не старик это оказался, а просто помотанный жизнью человек лет пятидесяти с хвостиком.
– Ты, щенок, от какой суки такой борзый? – негромко поинтересовался Балтика.
Евгений, словно рыба, выброшенная на берег, открыл и закрыл рот. В этот миг через пешеходный переход прямо на тротуар заехал серебристый Geländewagen. Люди шарахнулись от дорогой машины. Из водительской двери выпрыгнул высокий парень в разноцветной одежде.
– Ты чё, падаль! – он подскочил к Евгению и коротким, без размаха, ударом в челюсть повалил того на землю. – Соображаешь, с кем ты говоришь, петушило? – схватил за майку и уже размахнулся, намереваясь выбить как можно больше зубов.
– Не бей! – воскликнул Женя писклявым голосом. – Я денег дам! – выпалил неожиданно для себя.
Санёк ожидал, что противник будет просить прощения, или угрожать. Но точно не то, что он будет деньги предлагать. Немного опешил. Кулак завис в воздухе.
– На сколько же ты готов разориться? – Балтика навис над обидчиком.
Река людей огибала препятствие. Все косились, но никто не рискнул помочь. Прошли два мощных здоровяка. Каждый из них мог и уголовника, и его водителя в бараний рог скрутить. Женщины тоже проходили мимо. Хотя в силу присущих их полу голосовых связок, могли такой вой и визг поднять, что сам президент бы примчался. Каждый из прохожих помнил, что своя рубашка ближе. Каждый думал, что в такой ситуации не окажется. Каждый рассчитывал, что ему-то, приключись несчастье, помогут.
– Я…я… – Женя переводил взгляд с Балтики на кулак и обратно. – А сколько вы хотите?
– Ты чё, еврей?! – замахнулся Санька, но бить не спешил.
– Подожди, – Балтика положил руку ему на плечо. – Давай его в машину.
Санька рывком поднял Женю на ноги. Белая майка хрустнула, но выдержала.
– Иди, – водитель подтолкнул в спину незадачливого пешехода.
Балтика осмотрелся. Прохожие делали вид, что ничего не замечали. Вор знал приблизительный ход их мыслей. Мало ли кто этот человек в кожаном плаще и на дорогом джипе. Если бандит, то пол беды. Но, судя по номерам, и тому, что позволял водителю заезжать на тротуар в таком месте, как Тверская улица, то он какая-то большая шишка из госорганов. А это вдвойне страшнее бандита.
У Евгения появилась мысль убежать. Санёк почувствовал это намерение.
– Рванёшь, перо получишь, понял? – ткнул он двумя пальцами под рёбра «задержанному».
Женя вздрогнул и безропотно влез на заднее сидение дорогого автомобиля. Рядом присел Балтика. На водительское место запрыгнул Санёк. Когда все двери закрылись, звуки окружающего города словно отрезало. Водитель немецкого автопрома лишь чудом не задел двух пешеходов, когда выруливал на проезжую часть. Притормозил возле арки в Большой Гнездниковский переулок. Двигатель не заглушил.
– А теперь вернёмся к деньгам, – смотрел в лицо гостя Балтика. – А ещё точнее я повторю вопрос: во сколько ты оцениваешь нанесённое мне оскорбление?
– Это провокационный вопрос, – немного пришёл в себя Женя. Понимал, что сумму называть нельзя. Любая окажется слишком маленькой. – Я предпочитаю, чтобы вы сами назвали ту, после которой мы оба забудем о случившемся недоразумении.
– Посмотри, какой сразу вежливый стал, – с улыбкой посмотрел на водителя Балтика. – На «Вы» начал обращаться. Я значит должен назвать сумму… А откуда у тебя, ублюдка недоношенного, такие деньги? – смерил взглядом Евгения.
– Смогу достать, – посмотрел в пол Женя. – Есть варианты.
– Я даже сумму ещё не назвал! – поверх очков посмотрел на гостя хозяин бронированной машины. Такую деловую встречу он вёл впервые. Много было разборок в девяностые, много и после. Но всегда, когда были претензии, была и сумма. Иначе бы никто и говорить не стал. А тут получалось, что человек соглашался отдать любые деньги. Чутьё подсказывало Александру Балтике, что здесь нечистый душок. Но в чём тот заключался?
– Ну… – замялся Евгений. – Я приблизительно представляю какая. Так… плюс-минус трамвайная остановка.
– Назови, – потребовал Балтика.
– Я… предпочитаю… чтобы лучше бы… лучше бы вы назвали, а то вдруг я ошибусь.
– А ты знаешь, что я на ветер слов не бросаю? Знаешь? Ну, хорошо, – вор улыбнулся. – И если сумму назову я, то тебе её при любых раскладах придётся отдать. Понимаешь? Понимаешь, что если не отдашь, то тебя больше никто и никогда не увидит. Понимаешь? Ну и отлично. Называть?
Женя два раза кивнул. Глаз не сводил с морщинистой шеи хозяина автомобиля. Водитель с презрительной улыбкой смотрел на гостя в зеркало заднего вида.
– Тридцать шесть миллионов, – назвал он ту же сумму, которую назвал и директору фирмы. А вот валюту специально не озвучил.
Женя облегчённо вздохнул. Словно ему предложили бутылку коньяка купить.
Балтика внимательно наблюдал за реакцией гостя и пришёл к выводу: либо это сынок невероятно богатого человека, либо умалишённый. На первого он походил, как пингвин на орла. На второго как аутист на президента. Значит, было здесь что-то третье. Что-то чего Балтика всё никак не мог уловить.
– Причём треть сегодня! – добавил, чтобы хоть как-то вывести Евгения из равновесия.
– Хорошо.
– А ещё лучше сейчас! – Балтика видел широко раскрытые глаза водителя. – Мне деньги нужны. Или тебя урыть? – наклонился он к гостю.
– Нет-нет! – поспешно ответил Женя. Он отстранился от уголовника и зацепил ногой какой-то предмет на полу. Одного взгляда хватило понять, что у него в ногах лежит пистолет. Возникла сумасшедшая мысль схватить оружие и попросту застрелить этих уголовников. Но здравая логика победила. Вряд ли делать это на Тверской улице хорошая идея. – Я всё отдам!
Он засунул руки в карманы и принялся бормотать: «Я хочу бумагу сейчас». Балтика засомневался в своём выводе. У гостя с головой явно не всё нормально. Водитель перегнулся к заднему сидению. Зло посмотрел на парня, которому несколько минут назад дал по зубам.
– Э! Ты, чёрт! – легко хлопнул его по лбу Санька. – Охренел?!
Рядом завыла и сразу замолкла сирена. Перед капотом машины остановилось белая, с синей полосой, «BMW».
– Иди, поговори, – не растерялся Балтика. – Придумай что-нибудь. Скажи, что скоро уедем.
– Понял, – коротко ответил Санька.
За это Александр тоже ценил своего водителя и позволял ему заменять радио, а иногда слушал и даже советы давал. В стрессовых ситуация вся его болтливость испарялась, как вода в Сахаре.
Санёк взял документы из бардачка и открыл дверь. Уличный шум ворвался в бронированный автомобиль, как вода в подлодку. Женя схватился за ручку и хотел выскочить, но дверь оказалась заблокирована.
– Выпрыгнешь, я скажу, что ты мне этот ствол подкинул, – Балтика указал на трофейный ТТ. – А на нём три жмура. Сядешь надолго. И вот там, мы с тобой очень обстоятельно поговорим!
Евгений нервно сглотнул. Спасение было близко, но при этом казалось таким далёким…
Водитель вышел навстречу подтянутому ДПСнику, на лице которого поселилась предвкушающая ухмылочка. Страж порядка козырнул и потянулся к документам. За остальным Балтика уже не наблюдал. Евгений закрыл глаза и, не замолкая ни на секунду, бормотал одно и то же: «Я хочу бумагу сейчас». При этом от Балтики не укрылось, что руки гость держал в карманах.
– Что у тебя там? – вор пристально наблюдал за пассажиром.
Женя остановился, проследил за его взглядом. Побледнел.
– Это… Это… ничего, – промямлил он. – Рукой шевелю, – и действительно пошевелил пальцами. – Это я просто того… Богу молюсь, – ляпнул первое, что пришло в голову. – А деньги вот! – вытащил из кармана увесистую пачку. – Это то, что с собой.
В этот миг Балтика всё и понял.
– Ты эти деньги только что наколдовал, – слова прозвучали фальшиво. Будь он на месте этого парня, то подумал бы, что хозяин бронированного джипа свихнулся. Ему хотелось фальшиво засмеяться и сказать «Шутка». Собственно, весь разыгрываемый спектакль и был шуткой. Он прекрасно понимал, что этот парень в домашней майке и старых спортивках вряд ли сможет ему возместить моральный вред даже в объёме новой резины на машину. Но что-то странное было в самом первом его предложении денег. И вот, в свете последних событий, он нашёл ответ.
– Я… – Евгений стал белее снега.
Балтика смотрел на него поверх очков. Евгению казалось, что эти глаза высверливают в нём две аккуратные дырки, проникают в самый центр мозга, где попросту считывают информацию, как лазер с диска.
– Да, я наколдовал их, – сознался он с такой интонацией, будто признавался отцу в нетрадиционной ориентации.
– Что-нибудь ещё кроме этого фокуса умеешь? – Балтика взял деньги, бросил стопку на сидение и внимательно осмотрел одну из купюр.
– Нет.
– Откуда научился? – проверил тиснение на буквах Александр.
– От… Охотников.
– От кого?! – Балтика снова посмотрел поверх очков на гостя.
– От охотников, – увереннее ответил Женя. – Они себя так называют. Они из другого мира и охотятся за моей… – замялся на несколько секунд не зная, как назвать Лину. – За моей родственницей.
– Ничего не понял, – честно признался Балтика и слегка осоловевшими глазами посмотрел на гостя. – Что за охотники и зачем им твоя родственница?
– Да всё просто, – пожал тот плечами. – Пять или шесть лет назад она пропала. Сегодня утром объявилась. Я даже вначале подумал, что это… того… – покрутил пальцем у виска. – Рассказала, что была в плену в другом мире. Магическом. И что сбежала. Вот за ней, как я понял, охотников и направили. Ну, я их чуть сопроводил, а они меня в благодарность этим заклинанием и наградили, – неизвестно зачем приврал он. – Собственно, хотите, я вас научу заклинанию, и это будет самый лучшей платой за… неудобства, – как показалось Жене, он предложил идеальные условия.
– Плату буду назначать я, – Балтика сгрёб деньги с сидения и запихнул в карман плаща. – Это понятно? – не дожидаясь ответа, продолжил. – Сейчас мы едем к охотникам, и ты знакомишь меня с этими людьми…
– Не получится, – поджал нижнюю губу Женя. – Я не знаю, где они. К тому же… – его прошиб холодный пот, когда он вспомнил слова охотницы. – Магия пропадёт вместе с ними! Так они сказали. Надо быстрее колдовать деньги, чтобы не остаться у разбитого корыта!
Он начал беспрерывно произносить: «Я хочу бумагу сейчас». На его ладони появлялись билеты банка России. Балтика с минуту задумчиво наблюдал, как из воздуха рождались купюры.
– Они охотятся за твоей родственницей? – на всякий случай уточнил вор.
– Угу, – на мгновение прервался гость. Стопка на его ладони была уже достаточной для покупки зимней резины для немецкого автопрома.
– Ищи свою родственницу. Живо!
– Я не знаю, где она, – виновато опустил взгляд Женя. – Давай…те не терять времени! Повторяю, как только охотники уйдут, магия пропадёт и тогда…
– Давать жена будет! – Балтика несильно ткнул гостя в зубы. – Ты, фраер, пасть закрой и слушай меня, – перебил Балтика. – Выбор у тебя невелик. Или ты отводишь меня к этим людям, либо… – многозначительно замолк он.
– Но… – замялся Евгений. – Я не знаю, как их найти.
– Думай, – хозяин машины пристально смотрел на гостя поверх очков. – Потому, что твоё заклинание – это чушь. Огрызки со стола. Мне нужно большее. Понял?
– Вы не понимаете, с кем хотите связаться! – Женя попытался образумить вора. – Они нелюди! Из другого мира! При помощи магии они могут раскатать в порошок…
– Ты, молокосос, с кем базаришь? – нахмурился Балтика. – Звони своей родственнице! Живо! – и ещё раз ткнул в зубы.
Женя полез в левый карман и вынул мобильник. Несколько секунд подержал в руках.
В этот момент водительская дверь открылась. Внутрь ворвался шум улицы. Балтика бросил взгляд через лобовое стекло и увидел, что полицейская машина отъезжает. Санька забрался на сидение, счастливым взглядом посмотрел на босса. Грохнул дверью, и уличные звуки как отрезало.
– Мусора галимые! – заявил водитель так напыщенно, будто Америку открыл. – Повелись на то, что пассажиру плохо. Правда лавесов им пришлось скинуть, – после он исключительно матерными выражениями выразил своё мнение об этих людях. – Глазки забегали, слюна закапала, я уж подумал…
– Тихо, Санёк, – резко оборвал его словоизлияния Балтика. – Потом расскажешь.
Женя на вернувшегося водителя не обратил внимания. Он нашёл в списке вызовов номер и нажал кнопку вызова. Приложил телефон к уху и посмотрел на хозяина автомобиля.
– Илья, – неуверенно сказал Евгений, когда на том конце линии подняли трубку. – Да, ты не ошибся. Зачем сразу и так грубо?! Я, может, помочь хочу! Я от них убежал. Да, серьёзно и серьёзнее не придумаешь. Не веришь? Я, блин, даже не знаю, как это доказать… Аликс сука! Прошмандовка! Мразь гнилая! Кто такая Аликс??? Да ты с ума сошёл? Это охотница! Она бы меня за такие слова уже вывернула наизнанку! Короче жахнул я своего конвоира по башке и смылся. Как раз, когда эта сучка больная заклинанием всех на землю повалила. Внатуре! Как тебе ещё доказать… Что? Не знаю. Может, не видели. Думаю, скорее всего, не видели, на вас сосредоточились. Почему не погнались? Да я почём знаю?! А должны были?! – он спросил это с такой интонацией, что на том конце линии поверили, будто он убежал. – Да я знаю, как помочь. Да, именно. Я знаю, как избавиться от их преследования! Нет, в том-то и дело, что не могу сказать.
Балтика напрягся. Если на том конце линии не дураки, то догадаются, что их попросту разводят. Он бы догадался.
– Ну не могу я сказать! Для этого надо встретиться. Что? Алло! Алло! Илья? – Женя убрал телефон от уха и посмотрел на дисплей.
– Дай сюда, – Балтика вырвал у него аппарат.
Гость сделал неловкое движение, чтобы забрать собственность, но уже через миг передумал. Лишь непроизвольно отодвинулся подальше от хозяина автомобиля.
Вор посмотрел на последний вызов. Номер был не забит в телефонную книгу. Он достал свой мобильник и нашёл необходимый контакт.
– Артём? Здравствуй. Балтика. Узнал? Отлично. Чем занят? Понятно. В общем, дело есть. Нет, на потом не отложим. Дело немедленное. Да, прямо сегодня и прямо сейчас. Ты же знаешь, что за мной не заржавеет. Ты там, насколько я помню, кое-чего хотел? Или я ошибаюсь? Не ошибаюсь, да? Ну, сделаешь для меня небольшую услугу и получишь. Что делать? Да всё просто. Пробей мне один номерок. Где он сейчас находится. Сделаешь? Ну и отлично. Записывай.
Он продиктовал цифры и отключил связь. Небрежно бросил отобранный телефон хозяину. Санёк предусмотрительно молчал. Он знал, что в этот момент босса лучше не трогать. Женя прижался к двери и нет-нет, но поглядывал на ручку открывающую эту самую дверь. Телефон он убрал в карман машинально. Мысли его находились в другой плоскости. Он всеми силами пытался найти выход из сложившейся ситуации. Ему казалось несправедливым, что в тот миг, когда он, наконец-то, добился всего, его держит в заложниках какой-то уголовник. Евгений пообещал себе, что первым делом, как выберется из этой передряги, обзаведётся охраной. Десятком перекачанных и вооружённых амбалов. А пока стоило придумать, как выбраться.
Наконец зажужжал мобильник в руках Балтики. Александр взглянул на номер и поспешно ответил:
– Да, Артём. Нашёл? Отлично. Где? На пути в Рязань?! На поезде? Уверен? Понятно. Значит, слушай, следи за ними, а я выезжаю. Если изменят направление сразу же звони. Понял меня? Вот и отлично. Нет, Артём, я от своих слов не отказываюсь, а за такое сомнение ты мне можешь и ответить, понял? Вот и отлично, что понял. Вернусь из этой Рязани и решим вопрос. А теперь, давай, следи за сигналом, – и нажал кнопку окончания разговора. – Трогай, – дал указание водителю.
Санёк снял машину с ручника. Поставил коробку на драйв.
– В Рязань едем, там их перехватим, – дал указание босс. – Причём быстро едем, Санёк. Очень быстро! Настолько быстро, насколько эта колымага может! Ты меня понял?
– Будет сделано! – водитель посмотрел в зеркало заднего вида и не стал задавать лишних вопросов.
Машина выехала на вторую полосу, скорость начала заметно увеличиваться.
– А меня… – начал Женя.
– Хлебало завали, – оборвал Балтика.
 
***
 
Василий, которого все коллеги называли Васяном, курил в окошко маневрового тепловоза. Эта смена выдалась на удивление лёгкой. Вроде всё было как всегда – подогнал, прицепил, отогнал. Но сегодня эти действия почему-то казались лёгкими и непринуждёнными.
– Добрый человек, а как нам к вам подняться? – услышал машинист тепловоза мелодичный голос.
На перроне стояли четверо. Мужчина, одного с Васяном возраста, в военной форме без знаков различия и седыми волосами до плеч. Паренёк, с виду студент, в синей майке с надписью «Россия». Неприятный тип с засаленными волосами и свинячьими глазками. А странный вопрос сотруднику РЖД задала сногсшибательная брюнетка в белой блузке и кожаных штанах.
– Э-э-э… – Васян поначалу даже не нашёл, что ответить. – А зачем вам ко мне подниматься?
– Поговорить надо, – ответил неприятный тип с засаленными волосами и в жёлтом галстуке.
– Надо? Говорите, – Васян глубоко затянулся противным дымом. – А вообще я вам не справочная.
Охотники переглянулись. Не хотелось привлекать внимание в таком людном месте. Но другого выхода не было.
– Пошли, – скомандовал Бродмир.
Первым по узкой лесенке тепловоза на заднюю переходную площадку взобрался Сохорн. За ним взбежал Нокс. Поднялась Аликс. Последним следовал Бродмир.
– Э-э-эй! – достаточно громко развозмущался Васян. – Вам сюда нельзя!
Охотники его не слушали. Сохорн произнёс заклинание «Последнего открытия» и двери тепловоза вырвало вместе с петлями. Замок-щеколда со звоном покатилась по перрону. Проходившие люди заинтересованно глазели.
– Милиция! – громко крикнул Васян.
Как назло напарника не было на месте. Молодой и плечистый Витька быстро бы раскидал этих уродов. Но он после расцепки побежал за сигаретами.
Аликс произнесла заклинание «Магический тупик». Рот машиниста за несколько мгновений сросся, губ не осталось. Васян мычал, шарил пальцами, пытался разлепить непослушную плоть. Его выпученные глаза таращились на инопланетных гостей. Он хотел выскочить из кабины, но Бродмир его удержал. Вместе с Ноксом они усадили машиниста в кресло.
– Эй, что там происходит! – по лесенке маневрового тепловоза взбирался коренастый полицейский. Его напарник вытаскивал из кожаного подсумка на поясе небольшой чёрный предмет. Явно местное, дикое, оружие.
Главный охотник взглядом указал помощнице на возникшую проблему. Аликс вышла на переходную площадку. После её короткого заклинания «Факел», одежда на обоих стражах порядка вспыхнула, словно была пропитана бензином. Полицейский, оставшийся на платформе, бросился в толпу людей, ожидавших посадку возле первого вагона. Перед тем как пассажиры успели разбежаться от объятого пламенем человека, он подпалил двух женщин.
Коренастый страж правопорядка, свалился через перила тепловоза. Ударился о край платформы и с диким воплем исчез под колёсами поезда.
На Казанском вокзале поднялась суета, крики. Многие в спешке ломанулись к выходу. Люди падали через чемоданы и сумки. Были и те, кто уже успел потерять багаж и суматошно его искал. Рядом с затоптанной матерью кричала девочка. Где-то на границе сознания у Аликс проскочило желание помочь ребёнку, но в следующий миг пропало.
Её детям, когда-то, никто не помог. Так отчего ей быть человечной?
Разозлившись на себя из-за проскочивших мыслей, охотница наколдовала смерч. Торнадо возник перед спуском в метро и с каждой секундой лишь увеличивался, затягивая в свои вихри людей и сумки.
– Ты должен завести это устройство и поехать туда, – указал Бродмир направление.
Но Васян его не слушал и не слышал. Он по-прежнему шарил руками по губам, пытался их разлепить.
Главный охотник понял, что от аборигена ничего не добиться. Он произнёс заклинание «Отмены», которое действовало далеко не всегда. Но в этот раз у Васяна снова появились губы. Только выглядели они уродливо, будто над ними поработал доктор Франкенштейн. В тот же миг охотникам пришлось закрыть уши руками. Своим криком машинист полностью перекрыл весь гомон вокзала.
– Заткнись! – Сохорн ударил его кулаком в лицо. Это действие, неожиданно, возымело результат. Васян умолк и покрасневшими глазами уставился на охотника. Руки тем временем жили отдельной жизнью. Пальцы ощупывали губы, зубы, язык.
– Ты должен завести это устройство и поехать туда, – повторил Бродмир и вновь указал направление.
– Ага! – кивнул Васян.
Тепловоз стоял «под парами». Как всегда. Заводить ничего не требовалось. Машинист пощёлкал кнопки на пульте управления, сдвинул рычаги, и тяжёлая машина сдвинулась. Резко завоняло отработанным топливом. За конец перрона выехали черепашьей скоростью. Большинство проводников повыскакивали. Одна из женщин высунулась, махала рукой и что-то кричала.
– Почему так медленно двигаемся? – Сохорн навис над работником РЖД.
– Так состав же толкаем! – удручённо воскликнул Васян, словно и сам был крайне расстроен этим обстоятельством.
Аликс услышала этот разговор. Поднять такую махину в воздух, как это недавно сделал главный охотник, она не могла. А вот спихнуть с путей, ей вполне по силам. На произнесение заклинания понадобилось секунд сорок. Затем она резко махнула рукой, словно отвешивала пощёчину невидимке. Сильнейший порыв ветра разом опрокинул все четырнадцать вагонов на соседний путь. Охотникам повезло, что напарник Васяна, перед тем как убежать за сигаретами, отцепил тепловоз.
После того, как препятствие пропало, дизельная машина резво дёрнулась вперёд. Охотники едва не упали, схватившись за что придётся. За их спинами, возле спуска в подземку, разрастался гигантский торнадо. Металлическая крыша Казанского вокзала местами уже отсутствовала. Людей в гавани для поездов почти не осталось.
Васян не был дураком. Он просто с детства был ленив и ленился с этой привычкой бороться. Поэтому к сорока годам и работал машинистом. Соотнеся взбесившиеся новости и этих людей, он догадался, кто заказывает бал. А когда брюнетка одним взмахом руки повалила четырнадцать вагонов, то последние сомнения отпали. Именно эти люди и устроили весь беспредел на планете. Теперь судьба «осчастливила» Васяна встречей с ними.
Он притих и делал то, что делал последние двадцать лет – управлял маневровым тепловозом.
Несколько стрелочных переводов проехали без всяких трудностей. Тепловоз набрал достаточную скорость и двигался точно по ментальному следу. Бродмир по передней переходной площадке прошёл к носу железнодорожной машины. Рельсы скрывались под металлическим брюхом примитивного и вонючего агрегата с дикой планеты. За машинистом остался следить Сохорн. Аликс прикрывала тылы. Нокс стоял рядом с Васяном и демонстративно щёлкал сухожилиями пальцев, чем вызвал улыбку Сохорна. Однако на аборигена эта уловка сработала.
Васян заметил, что диспетчер перевела стрелку метров за двести перед тепловозом. И он знал, куда вёл тот путь – в тупик, где стояли семь списанных электричек. Настроение моментально поднялось. Теперь есть шанс затеряться. Только б выйти из кабины.
Однако стоило тепловозу лишь передней тележкой уехать на запасной путь, как движение почему-то прекратилось. Словно перед стальной машиной возникла стена.
И эта стена действительно возникла. При помощи Бродмира, который увидел, что они уходят с ментального следа. Васян пытался выжать из родимого ТЭМа все мощности, но колёса машины словно приросли к рельсам. Главный охотник вернулся в кабину.
– Ты не туда двигаешься, – навис он над машинистом.
– Я не могу не туда двигаться, – расширенными зрачками посмотрел Васян на гостя из другого мира. – Там стрелки. Куда их переключают, туда я и еду!
Он снова попытался проломить невидимую стену. Из нутра тепловоза донеслось тяжёлое и натужное гудение.
– Я тебя сейчас свои же яйца заставлю сожрать! – подскочила Аликс. – Тебе разве непонятно сказано, что ты не туда движешься?!
Такой огонь полыхал в глазах охотницы, что Васяну даже померещился во рту вкус собственной промежности.
– Но я не могу не туда двигаться! Это же рельсы! – попытался он вразумить гостей из другого мира. – Куда мне переключили, туда и еду!
– Седьмой, почему не двигаемся? – разразилась рация помехами вперемешку с голосом. – Уезжайте с основного пути. Немедленно!
Охотники переглянулись. Кто-то, целенаправленно или нет, пытался их остановить.
– Сохорн, сможешь пронести этот механизм?
– Должен суметь, – немного призадумался охотник.
– Этого уничтожить? – кивнула Аликс на мигом побелевшего машиниста.
– В расход, – небрежно махнул рукой Бродмир.
– Стойте! – выкрикнул Васян писклявым голосом. – А если придётся ещё ехать, кто же управлять будет?
Бродмир внимательно посмотрел на аборигена. Впервые он был в таком дерзком мире. За одно утро на этой дикой планете, уже второй человек пытался выторговать себе жизнь. Первый при этом даже сумел сбежать. Такого никогда не случалось и не случилось бы, будь в команде вместо Нокса опытный охотник.
– Аликс, придумай что-нибудь, но этот скрыться не должен, – приказал Бродмир. – Сохорн, поднимай и толкай этот механизм. Мне должно хватить силы следить и за ментальным следом и направлять полёт.
Нокс ждал, что какое-нибудь приказание будет отдано и ему. Любое. Даже окно протереть. Он чувствовал себя ненужным, лишним. Но главный охотник словно и не заметил новичка. Быстрым шагом ушёл на нос тепловоза.
После заклинания охотницы машинист почувствовал дискомфорт на ягодицах. Да и спину обожгло. Когда попытался вскочить, понял, что его пятая точка и бёдра теперь является одним целым с сидением. Спина непостижимым образом вплавилась в спинку кресла. Позвоночник перестал существовать.
– Помогите! – так громко закричал Васян, что его могли услышать во всех уголках столицы.
Пока Сохорн произносил длинное заклинание «Левитации», Аликс пришлось ещё раз сделать так, чтобы машинист лишился рта.
Васян, с выпученным глазами, схватил подвернувшего Нокса за майку, притянул к себе. Не имея больше рта он что-то мычал и таращился на гостя из другого мира. Новенький охотник попытался вырваться, но абориген держал крепко. Его скрюченные от волнения пальцы мёртвой хваткой впились в синюю майку с красной надписью «Россия».
Тепловоз дрогнул и медленно пополз вверх.
Машинист ещё усиленнее замычал. Он-то понимал, что стоит крыше едва коснуться проводов и всех людей испепелит. Но Сохорн и не стал высоко поднимать агрегат. Колёса оторвались лишь на пять сантиметров от рельсов. Тяжёлая машина, продолжая вращать колёсами, поплыла по ментальному следу.
– Седьмой! – расхрипелась рация. – Куда вы двигаетесь? Стрелка переведена? Почему вы не туда двигаетесь? Седьмой?
Васян потянулся к рации, и это позволило Ноксу вырваться. Но передатчик так и не оказался в руках машиниста. Для этого следовало чуть-чуть оторвать зад от сидения. А если учесть, что он теперь стал частью сидения (или сидение стало частью него), то этого «чуть-чуть» и не хватило, чтобы промычать в трубку «помогите». Тогда Васяну пришла идея безобразная в своей простоте. Он достал из нагрудного кармана кнопочную модель телефона. На мгновение задумался, а после начал писать сообщение жене. Пальцы тряслись, перещёлкивали нужные буквы.
«Меня похитили» – успел он написать перед тем, как охотница заметила телефон у него в руке. После короткого заклинания «Жар», брошенного ею, аппарат сильно разогрелся и прямо в руках аборигена начал плавиться. Васян выронил телефон. Несколько минут наблюдал, как тот превращается в чёрную и густую лужу. Завоняло палёным пластиком.
– Седьмой, что ты делаешь? – не своим голосом кричала диспетчер. – Седьмой, ты меня слышишь?
Сохорну иногда приходилось говорить короткие заклинания, поддерживать тяжёлую машину в воздухе. Нокс отошёл в дальний край кабины, чтобы держаться подальше от аборигена, чуть не разорвавшего ему одежду. Аликс не видела сзади опасности, но продолжала следить. Васян отсутствующим взглядом смотрел на рацию.
– Седьмой! Седьмой! На вас движется состав! Седьмой! – хрипела рация.
А машинист сидел и думал, хоть бы этот состав двигался быстрее. Чтоб удар был крайне сильным и навсегда прекратил его жизнь. А ещё он мечтал прихватить на тот свет и эту компанию. О том, что состав может быть лишь пассажирский и, скорее всего с людьми, Васян даже не задумывался. Своя боль всегда ближе.
– Аликс, ко мне! – раздался в кабине голос главного охотника.
Сохорн не обратил внимание на тяжёлое заклинание «Вездеслов». Аликс, держась за перила, направилась к носу тепловоза. Нокс, поражённый до глубины души, крутил головой. Совсем недавно, под землёй, он тоже слышал голос из ниоткуда, который объявлял какие-то станции. Получается, в этом диком мире существовала магия, а их главный научился ею пользоваться?
И лишь Васяну было абсолютно всё равно. Потухшим взглядом он смотрел в окошко машиниста на приближавшийся, красно-серый, состав.
Аликс успела как раз вовремя. Объяснять ей ничего не потребовалось. Произнесла заклинание, двинула руками, будто сдвигала тяжёлое препятствие, и состав из семнадцати пассажирских вагонов плавно лёг на бок. Прямо на соседние пути. Грохот и скрежет трущихся о землю и о рельсы вагонов оглушил. Бродмир поморщился. Аликс закрыла уши ладонями.
– Седьмой, что у вас происходит! – рация хрипела уже мужским голосом. – Седьмой, мать твою! Седьмой!
Васян видел в боковом окне колёсные тележки и днища завалившегося состава. Равнодушно провожал их глазами. Он уже чувствовал, что жизнь закончилась. А то, что по какому-то недоразумению, ещё является частью кресла – так это превратности судьбы, которая решила помучить напоследок.
Сохорн уже не мог себе позволить отвлекаться. Он полностью сосредоточился на заклинании, которое поддерживало тепловоз в воздухе и одновременно толкало его. Постоянный набор звуков сливался при произношении и в итоге мог вылиться в нечто совсем иное.
Нокс восхищённо смотрел в окно. На проплывавший город, вены дорог, островки-платформы, чудных аборигенов. Этот мир казался ему странным. Слишком вонючим и слишком непонятным. А ещё здесь не было магии – так ему говорили. Но на деле она существовала, просто в другой, непривычной форме.
Рация стала чаще молчать. Лишь изредка оттуда доносились приказы ответить. Несколько раз вклинивались голоса, которые требовательно вопрошали, как тепловоз может двигаться по переведённым в другую сторону стрелкам. Грозили тюрьмой, умоляли ответить. Утверждали, что тестировали рацию и связь – всё исправно.
Тепловоз летел вперёд быстро. Намного быстрее, нежели он мог двигаться по рельсам. И этот факт ещё больше смущал диспетчерскую.
Нокс понимал, что они давно покинули пределы города. Мимо проносились малопонятные, но точно не жилые строения, лесопосадки, крупные дороги с множеством автомобилей. Попадались и низкие одно-двухэтажные домики. Они стояли группками. И среди этих скромных жилищ высились четырёх-пятиэтажные дворцы, которые даже не знакомому с местным бытом Ноксу бросались в глаза. Несколько раз мимо проносились длинные поезда. Но они всегда проходили по соседнему железнодорожному полотну. Рация изредка что-то брехала, но никто уже не обращал на неё внимания. Новенький охотник иногда поглядывал на вплавленного в кресло аборигена. Тот сидел с потухшим лицом. Абсолютно равнодушные глаза иногда переводил с предмета на предмет. В них не осталось разума, осознания происходящего. А ещё Нокс не понимал, для чего его коллеги так сильно издевались над людьми? Он бы ещё мог понять их действия, поступай они так с преступниками. Понять, но не простить. Но зачем так жестоко разбирались с безвинными людьми? Видимо Рай потому и был Раем, что умел защищаться от внешних посягательств.
Сохорн раскраснелся от перенапряжения. Малейшая ошибка в произнесении грозила тем, что вместо полёта тепловоз мог, например, взорваться. Аликс так и не вернулась, видимо её помощь впереди была нужнее, нежели прикрытие спины. Нокс, кстати, иногда поглядывал назад, но погони не было.
Мимо проплывали деревья, между ними иногда виднелись невысокие строения. Почти все были огорожены. Изредка железнодорожное полотно пересекали дороги. Пахло хвоей и перегретым металлом.
Внезапно тепловоз врезался в невидимую стену.
Сохорн не удержался на ногах. Кубарем выкатился из кабины на переднюю переходную площадку. Нокс упал прямо на машиниста. Спешно вскочил, словно притронулся к очень ядовитой змее. На самом деле ему было неприятно трогать априори мёртвого человека. Ведь жить аборигену осталось крайне мало, и помочь ему уже не смогут даже лучшие маги Рая. Ломать – не строить. Вплавить организм в какую-то вещь не тяжело. А достать обратно уже невозможно. При всей мощи и силе магии, она не может создавать полноценных живых существ. Не может воскресить человека, не может продлить жизнь, не может залечить серьёзные раны. Единственное, что может сделать магия с бывшим живым существом – поднять из мёртвых. Сделать безумным духом во плоти. Нокс видел в своём мире таких монстров. Твари, бывшие люди, которых невозможно убить. Даже если их распилить и сжечь, кости и пепел продолжают трепыхаться. Он так и не понял, для чего в тот раз охотники приходили в их деревню, но народа замучили они много. Мертвецы прекратили двигаться, только после того, как служба Райского правопорядка покинула планету.
Заклинание «Левитации» прекратило действовать. Тепловоз грохнулся. Колёса не попали на рельсы, тяжёлая машина накренилась и чуть не упала, упёрлась в высоковольтный столб.
1  ... 2 ... 3 ... 4 ... 5 ... 6 ... 7 ... 8