Сергей Гончаров Сихирти
Часть 1
 
Перед Никитой разъехались двери супермаркета. Охранник возле входа мельком бросил на него презрительно‑скучающий взгляд. Сложил руки на груди, медленно пошевелил бульдожьей челюстью. Для него спортивного вида блондин, пусть и в дорогом костюме, всего лишь очередной шляющийся бездельник. Следом вошли два подростка. Охранник едва ли обратил на них внимание.
Никита медленно прошёл внутрь. Небольшой холл блестел чистотой, сверкали хромированные детали интерьера, под потолком горели все имеющиеся люминесцентные лампы. Отметил, что в магазине слишком светло, значит, электроэнергии расходуется намного больше положенного. Остановился и посмотрел в одну из камер. Промелькнула мысль: если не узнают, то устроит настоящую взбучку. Голос рассудка принялся утверждать, что незачем так лютовать. Ведь он был здесь всего один раз. Четыре года назад, на открытии. Конечно, после того много раз общался с директором и в своём офисе и по скайпу, но в магазине больше не был.
Подростки прошли мимо. Один задел плечом, но даже не обернулся. Вместо этого немного замедлил шаг, выпрямил спину, расправил худые плечи и постарался показать, что с ним шутки плохи. Никита проигнорировал задиристое поведение. В другой ситуации, может быть, проучил бы хама, но сейчас начало раздражать, что его не узнают. Посмотрел вправо, влево, не бежит ли меж рядов к нему директор магазина. На худой конец его заместитель.
Справа, в рядах косметики, две толстые, как железнодорожные цистерны, тётки выбирали тушь. Слева промо‑зона, где молоденькая девушка выставляла ценники на товар со скидкой.
«Опоздали! – подметил Никита. – Смена промо‑зоны по понедельникам. А они лишь в среду утром заканчивают!»
По магазину бродило человек десять. Большая часть уже сидела или стояла на рабочих местах. Реутов ближе к провинциальному городу – праздношатающегося народа мало.
Никита прошёл несколько рядов. В одном из них наткнулся на ужасающее разгильдяйство – между бытовыми электроприборами и фильтрами для очистки воды, находился пустой стеллаж. Три четырехметровые полки покрыты толстым слоем пыли и, будто розовые вороны, бросились в глаза. Появилось мимолётное желание подозвать девушку‑продавца и сказать, что приехал хозяин всей этой «кухни», пусть побежит, доложит директору. Но Никита сразу отверг эту мысль. Он всегда придерживался мнения, что каждая собака должна знать хозяина в лицо. Если не знает, то стоит её проучить. Тяжёлой палкой.
Подростки подошли к последнему стенду в промо‑зоне, где по еженедельной акции «себе в убыток» навалены чипсы. На секунду задумались, а после каждый взял по две больших пачки. Вместо того, чтобы пойти на кассу, они направились к выходу, через который несколько минут назад вошли. Их движения выглядели наглыми и самоуверенными, из чего Никита сделал вывод, что они проделывают подобное не в первый раз. Охранник на входе, будто специально, смотрел в другую сторону. Девушка‑продавец не видела малолетних воришек. Единственная рабочая касса находилась в дальнем конце зала. Недалеко от неё крутился второй охранник. Тому и вовсе не было дела до промо‑зоны с её проблемами. За мониторами службы безопасности, как оказалось, никто не сидел и все понатыканные, как на еже иголки, камеры оказались бесполезны. Подростки преспокойно вышли через «пищалку». Аппаратура не сработала. Никем не остановленные они подошли к автоматическим дверям. Те, будто единственные кто заметил воровство, медленно, с запозданием раздвинулись. Через несколько секунд парни скрылись.
Никита потянулся за телефоном, но быстро передумал. Вновь посмотрел в камеру. Он, конечно, не в первый раз сталкивался с халатным отношением к работе в своей сети супермаркетов. Но чтобы на его глазах, у него из кармана воровали – такого ещё не было!
Кулаки сжались, наманикюренные ногти впились в ладони. Руки от злости затряслись, а лицо раскраснелось. Проходившая мимо женщина остановилась, обеспокоенным взглядом посмотрела на бизнесмена.
– Вам не плохо? – испуганно поинтересовалась она.
– Нет, спасибо, – Никита закипал от злости, с секунды на секунду мог начать плеваться кипятком, как чайник на плите. – Всё хорошо. Просто новости неприятные узнал.
Женщина несколько мгновений поглядела на него, а после кивнула и направилась по своим делам.
 
 
***
 
Рядом с Никитой, по внутренним коридорам подмосковного супермаркета «Схватишка», семенил маленький и толстенький директор. За глаза его называли Колобок. Причём все, начиная от уборщиц и заканчивая самим Никитой.
– Вы настолько… настолько… – лепетал он. – Если бы вы предупредили… то мы бы… мы бы… Встретить могли… Да. Я бы… Я бы… Отправить бы… Отправил бы кого‑нибудь…
Этого директора рекомендовал бывший одноклассник. Четыре года он не вызывал крупных нареканий. Даже план, бывало, перевыполнял.
В последнее время Никита чаще и чаще начал приходить к мысли, что неожиданный обход супермаркетов надо делать ежеквартально. Прилетать и устраивать выволочку. Однако дальше размышлений дело не сдвинулось. Стоило ему представить, что придется облететь четыреста с лишним магазинов по всей стране, так сразу становилось дурно. Также размышлял над тем, чтобы ежегодно собирать директоров у себя в офисе, в Москве, и одного из них, по итогам года самого проштрафившегося, выгонять. Тогда и остальные должны начать работать. Но бизнесмен не спешил вводить подобную практику. Она может двояко отразиться на бизнесе. Грамотных управленцев, как выяснилось, мало. Дипломы престижных вузов имеют минимальное отношение к умению управлять персоналом и выполнять план продаж. И подтверждений тому масса. Например, единственный супермаркет в Ростове‑на‑Дону, директор которого по образованию инженер‑теплотехник, приносит намного больший доход, нежели любой из магазинов Санкт‑Петербурга, где у директоров красные дипломы громких вузов. Никита уже сталкивался с ситуациями, когда даже самые исполнительные и трудолюбивые люди попросту невиновны в свалившихся на них бедах. Главное поддержать, помочь им выкарабкаться из ямы, а не уволить, как самое слабое звено. Такой сотрудник, как правило, работает потом ещё лучше, зная, что у него крепкий тыл.
Никита посмотрел на семенившего рядом Колобка. Директор почувствовал взгляд и преданными, собачьими глазами, посмотрел на шефа.
– Почему промо‑стенды лишь к среде заканчивают оформляться? – бизнесмен остановился возле доски на стене, куда мелом вносились ежедневные продажи магазина за неделю. Каждый сотрудник при помощи калькулятора и этих цифр мог высчитать свою заработную плату.
– Никита Сергеевич… – замялся директор. – Понимаете… У нас проблемы с персоналом… Много в отпусках и на больничном… Даже эсбэшников иногда приходится просить выкладывать…
– Эсбешников, да? – прищурившись, посмотрел на него бизнесмен. – А на эту тему мы поговорим подробнее. Пойдём.
И Никита направился обратно по коридору, к дверям в торговый зал. Редкие сотрудники, встречавшиеся на пути, предпочитали вжаться в стену или скрыться в каком‑нибудь хозяйственно‑складском помещении. Шестое чувство безошибочно подсказывало им, что навстречу идёт большой босс.
В торговом зале народа прибавилось. Появились молоденькие мамаши с детьми, пенсионеры, ребятня с рюкзаками, вместо школы выбравшая поход в супермаркет. Встречался и праздношатающийся люд. Таких Никита не понимал. Он искренне недоумевал, как можно разбазаривать жизнь впустую? Не работать, не решать проблемы? Многие на жизненном пути пытались ему доказать, что обязательно нужны выходные дни, что требуется расслабляться, а иначе станешь постоянным пациентом психотерапевта или невропатолога. Бизнесмен несколько раз честно пытался воспользоваться этим советом. Но уже через час праздного времяпрепровождения у него начиналась необузданная жажда деятельности. И спасала от этой жажды только работа. Впоследствии Никита начал смеяться в лицо людям, утверждавшим, что человеку необходим отдых. Эти люди всегда находились на социальной лестнице ниже него.
Из динамиков под потолком лилась ненавязчивая мелодия – одинаковая во всей сети супермаркетов «Схватишка». Точнее должна быть одинаковой. Бизнесмен прислушался и понял, что не показалось. Мотив тот же самый, но с неуместными добавлениями. Какой‑то псевдоумелец, явно без музыкального образования, при помощи компьютера прибавил виолончель, тромбон и балалайку. И в некоторых моментах они звучали ужасно. Хотелось заткнуть уши.
– Это что такое?! – Никита остановился и указал рукой на потолок.
– Где? – директор прищурился, пытаясь разглядеть, что не устроило хозяина.
– Что такое раздаётся из динамиков? – терпеливо повторил вопрос бизнесмен.
Говорил он громко и окружающие невольно на него посматривали.
Колобок несколько мгновений помолчал, потом два раза моргнул, словно проверяя, не мерещится ли ему начальство.
– Музыка, – наконец выдавил он.
По его смущенному лицу Никита понял, что с добавленными инструментам в этом магазине не всё чисто и, скорее всего, в таком варианте мелодия играет с самого первого дня работы. А до шутника уже вряд ли возможно добраться.
– Это убожество, а не музыка! Удалить. Я сегодня позвоню в офис, скажу, чтоб прислали нормальную, – распорядился бизнесмен. – Всё понятно?
– Понятно.
Никита быстро прошёл сквозь ряды. Директор моментально отстал и натужно пыхтел где‑то позади. Охранник у входа вытянулся по струнке. Хозяин сети супермаркетов смерил его презрительным взглядом. Заглянул в заискивающие глаза.
– К чертям собачьим этот мусор! – произнёс сквозь зубы бизнесмен, когда Колобок, наконец, «докатился».
У охранника лицо побелело, губы неравно дёрнулись.
– Но это же один из… – попытался защитить подчинённого директор.
– Начальника сюда, – поглядел на него Никита. – Живо! – прикрикнул для пущей важности.
Колобок полез в карманы брюк. Ничего не нашёл. Заглянул в кармашек рубашки. Пусто.
– На поясе, – понял суетливость подчинённого бизнесмен.
– Ага, – покраснел директор «Схватишки». Суетливо вынул телефон из ременного чехла. Отыскал необходимый номер. – Валентин, – голос дрожал, как руки у алкоголика со стажем. – К главному входу подойди, пожалуйста.
Из трубки донеслись какие‑то возмущения. Никита расслышал лишь «завтракаю».
– Сюда! Бегом! – заорал директор писклявым голосом.
От неожиданности бизнесмен вздрогнул. Трубка ответила сухим «Понял».
– Сейчас будет, – Колобок убрал телефон в ременный чехол. – Может, пока пройдёмся, посмотрим…
– Ждём, – оборвал Никита. – Я хочу поинтересоваться у этого… начальника‑эсбэшника, а также и у тебя, где вы находите подобную шваль, – кивнул в сторону охранника. – Вот это мурло, – ткнул его в грудь. – Только что обворовало меня. Это нормально?
Лицо охранника стало белее мела. Левый глаз задёргался.
– Не… не… ненормально, – смог выдавить директор.
Никита засунул руки в карманы брюк. Прошёлся вдоль касс. Второй охранник увидел, что творится нечто неестественное. На всякий случай подобрался. За выходящими людьми принялся наблюдать, как коршун за мышами. Бизнесмен подошёл, встал рядом. Кассир заметила ненормальное поведение директора и охранников. Почувствовала неладное. Выпрямила спину и с людьми стала разговаривать так же ласково, как мать с младенцем.
– Никита Сергеевич! – окликнул директор магазина.
Хозяин сети супермаркетов «Схватишка» обернулся. Возле Колобка, сложив руки на груди и с широко расставленными ногами, застыл лысый мускулистый мужчина. Судя по выправке и комплекции, в прошлом мог быть офицером спецвойск. Позади, спрятавшись за широкую спину начальника, переминался с ноги на ногу охранник. Никита медленно двинулся к подчинённым.
– Утро. Доброе, – буркнул начальник службы безопасности, когда бизнесмен подошёл. – Хотели видеть?
Во взгляде сквозило презрение. Всей позой он заявлял: «И не таких ломал».
– Хотел, – Никита оглядел потолок. Над входом четыре камеры смотрели в разные стороны. – Где вы набираете… ваш контингент?
– По‑разному, – эсбэшник смотрел в глаза. – А что?
– Где вот этого клоуна нашли? Почему он способствует тому, что воры нагло проходят туда и обратно? Почему никто не наблюдает в камеры, за происходящим в магазине? Почему, в конце концов, не работает противокражная система?!
Директор вздрогнул. Лицо побелело. Начальник службы безопасности нагло усмехнулся.
– Кто приходит работать, того и берём, – сказал он. – А что?
– Почему никто не наблюдает в камеры? – распалился от его наглого тона бизнесмен. – Почему не работает противокражная система?!
– Потому, что… – буркнул начальник охраны.
– Никита Сергеевич, – перебил директор. – У нас тут встряски с личным составом, – заискивающе‑извиняющимся тоном начал он. – А противокражная система наверно сломалась. Потому что вчера ещё работала. Вора поймала.
– А сегодня, – смягчился Никита от заискивающе‑извиняющегося тона подчинённого. – При мне вынесли товар прямо через главный вход. И ни камеры, ни противокражная система, ни этот… – указал на охранника. – Не помешали.
– А если вы видели, то почему не сказали? – прищурился начальник охраны. – Откуда мы знаем, может, вы специально это подстроили?
Никита почувствовал, как кровь бросилась к лицу. В первые мгновения даже не нашёлся, что ответить на такую наглость.
– Может, пройдём в мой кабинет? – участливо поинтересовался директор.
Бизнесмен посмотрел на охранника, слегка расправившего плечи позади своего начальника. Во взгляде появилась та же наглость.
– Пойдём, – Никита кинул последний взгляд на насмешливое лицо эсбэшника.
 
 
***
 
Кабинет директора располагался на втором этаже. Путь лежал через курилку, где собралось человек двадцать. Высокий парень со смешной причёской что‑то рассказывал, остальные улыбались, хихикали. Задорный хохот одной из девушек разносился по всем хозпомещениям магазина.
– Я не понял?! – остановился в дверях директор. – Вам деньги платят, чтобы вы курили или работали?!
По тому, как опешили сотрудники, Никита догадался, что такое поведение Колобку крайне несвойственно. Сигареты никто даже не подумал бросить.
– Я неясно говорю?! Живо за работу!
Молодые люди нехотя потянулись к урне, тушить окурки.
– Живее! – прикрикнул директор.
Перечить ему, естественно, никто не решился, но по взглядам работников Никита увидел, что они, по меньшей мере, ошеломлены. Когда все разошлись, бизнесмен поинтересовался:
– Я чего‑то не знаю? В России разрешили курение на рабочем месте?!
– Исправим, Никита Сергеевич, – опустил взгляд директор. – Просто…
Он не договорил, но хозяину «Схватишек» и так было понятно. Пожалел подчинённых. Таких руководителей народ обычно любит. То‑то у него одна молодежь работает. Есть из кого выбирать.
Взобравшись по крутой лестнице, Никита в сопровождении директора прошли по узкому коридору мимо открытой двери столовой. Пахло выпечкой. Бизнесмен сделал два шага и остановился. Медленно повернулся к директору.
– Скажи, что мне показалось, – угрозу в голосе скрыть не получилось.
У подчинённого побледнело лицо, задрожал подбородок. Он часто‑часто заморгал и через силу выдавил:
– Н‑н‑не п‑показалось…
Никита медленно вернулся к двери. За одним из столов, сидели две девушки. Весело щебетали, играли в карты. Рядом дымились кружки с кофе. Бизнесмен несколько мгновений смотрел на них, после вернулся к застывшему посреди коридора директору.
– Они меня даже не заметили, – усмехнулся Никита. – Это же надо их так разбаловать?! – даже с некоторой теплотой взглянул на подчинённого.
На поведение персонала решил закрыть глаза, в конце концов, это легко поправимо. Осмотр кабинета мог многое сказать о владельце. А так же о том, стоит ли ему продолжать занимать место директора.
Кабинет оказался в спартанском стиле. Минимум вещей – лишь самые необходимые. Жёсткое кресло хозяина, небольшой дубовый стол, не менее жёсткое кресло для гостя и два обыкновенных стула возле стены, шкаф, стеллаж для документов, на подоконнике чахлый кактус. Бизнесмен довольно улыбнулся. Ему не хотелось менять этого человека, но стольких нарушений он бы не стерпел, окажись и в кабинете подчинённого роскошь и чванство. Никита присел в жёсткое кресло для гостей. Как бы ненароком провёл рукой по столу. Мама с детства научила, что мужчина, который не может привести мир вокруг себя в порядок, никогда не сможет и себя организовать.
Стол оказался чист. Лишь ноутбук, ручка, заложенная в блокнот и белая статуэтка кошки.
– Может, чая хотите? – поинтересовался директор. – Простите, кофе не предлагаю, так как его нет. Не пью.
– У меня в магазине кофе не продаётся? – приподнял бровь бизнесмен.
– Продаётся. Но это же не значит, что я должен его пить?
Колобок присел за рабочий стол. Открыл ящик и вынул толстый скоросшиватель.
– Здесь, – сказал он. – Последние…
– Где ты нашёл этого козла? – поинтересовался Никита.
– Вы даже не представляете… какие люди его ценят, – понял о ком речь директор. – Он действительно профессионал своего дела.
– Раз они его ценят, то чего он у меня‑то работает? – бизнесмен открыл скоросшиватель, пробежал глазами несколько листов с цифрами и графиками. – Пусть идёт к тем, кто ценит.
– Я предложил хорошую оплату, выгодные условия. И он у нас.
– Долго? – хозяин «Схватишек» положил скоросшиватель на стол.
– Год, – быстро ответил Колобок. – Сегодня ровно год.
– Вышвыривай его, – небрежно махнул рукой Никита. – Гони в шею. Вместе с тем, бульдогом, на входе. Обоих пинком под зад.
– Но… Никита Сергеевич…
– Я такую шваль под боком не потерплю! – начал закипать бизнесмен. – Что ты здесь вообще развел за Содом и Гоморру?!
– Никита Сергеевич… – попытался вставить слово подчинённый.
– Почему начальник охраны разговаривает со мной как со шлюхой какой‑то?! – больше и больше заводился хозяин супермаркетов «Схватишка». – Почему народ сидел в курилке, а не работал? Я уж молчу про тех двух. В столовой.
– Никита Сергеевич, но ведь рабочий день только начался…
– Вот именно! – бизнесмен поднял указательный палец вверх. – Главное тут – это слово «Начался»! И если рабочий день начался, то почему из персонала на местах, лишь один кассир да два нерадивых охранника?
– Никита Сергеевич…
– Что‑то ты Евгений, разбаловал этих… рабов.
– Никита Сергеевич, – округлились глаза Колобка. – По‑моему…
– Я начинал с маленького ларька, торгующего сигаретами, – перебил хозяин «Схватишек». – Сам искал поставщиков, сам ездил, забирал товар, сам торговал, сам занимался уборкой этого ларька. Сейчас, спустя семнадцать лет, как ты знаешь, у меня более четырёхсот супермаркетов. И, поверь, у меня есть чему поучиться. Я прошёл все этапы этого бизнеса. Понимаешь? А ты видимо забыл, что они не люди. В полном смысле этого слова. Это расходный материал. Как эта бумага. Или эта ручка. Это рабы. Понимаешь? Ра‑бы! – Никита распалялся всё больше и больше, он привстал с кресла и опёрся на стол, разъясняя подчинённому элементарные истины. – Я с самого первого дня работы это понимал. И вот чего я достиг. Ты ведь не жалеешь ручку, которая служит лишь для того, чтобы ты достиг своей цели? Когда заканчивается – выкидываешь. Правильно?
Колобок кивнул.
– Так же надо и с людьми. Они лишь инструмент. Ни больше и не меньше. Начнёшь хорошо о них думать и получишь… – показал за спину Никита. – Вот такое разгильдяйство. Инструмент должен пахать на тебя. Понимаешь? Если инструмент возомнит, что он лучше хозяина, то ты будешь в проигрыше. А соответственно я понесу убытки. Смекаешь?
Евгений кивнул.
– Они на тебя пашут, а ты им кидаешь объедки, чтоб не сдохли от голода. Но они должны именно пахать! Понятно? Если начинаешь делать им какое‑то добро, то они начинают тебе пакостить. Поверь моему многолетнему опыту. И, кстати, надо посмотреть какую ты им зарплату платишь, – Никита взял со стола скоросшиватель и открыл в произвольном месте.
– Никита Сергеевич, – голос директора немного окреп. – Я бы, всё‑таки не хотел терять начальника службы безопасности. Работа у него несколько… творческая. Требует определённого подхода и он её хорошо выпол…
– Чего?! – вытаращился на подчинённого хозяин сети супермаркетов. – Работа творческая? Ты хоть думаешь, что говоришь? Творческие профессии это художники, музыканты, писатели, поэты и прочие неудачники. Люди с мозгами зарабатывают бабки. Понимаешь? Я недавно встречался с бывшим одноклассником. Он у меня интервью брал. Работает за копейки в какой‑то вшивой газетёнке и мечтает стать писателем. Вот что такое творческая профессия. А твой начальник службы безопасности, просто пёс. Кусает руку, которая кормит. Что делают с таким псом? Усыпляют! Я понятно объяснил? – Никита захлопнул скоросшиватель и небрежно бросил на стол.
– Понятно, – Колобок сложил на столе руки в замок, опёрся на локти. – Конечно, понятно. Я просто хотел сказать, что в его работе есть изрядная доля творчества. К ней требуется особый подход. А также хотел отметить, что этот человек со своей работой справляется!
Никита поджал губы и несколько секунд внимательно смотрел на подчинённого. Директор заёрзал в кресле от этого взгляда.
– Или я чего‑то не понимаю, или из меня пытаются сделать дурака, – насупился бизнесмен. – Ты хочешь сказать, что в работе этого бездельника есть что‑то творческое?
– Никита Сергеевич… – попытался вставить слово директор магазина.
– Я уже тридцать семь лет Никита Сергеевич! – шлёпнул ладонью по столу бизнесмен. – Спасибо что напомнил, – подошёл к окну и потрогал кактус. – Предупреждаю тебя в последний раз: относись к вещам, как они того требуют. Или ты думаешь, что твой начальник охраны незаменим?
Из окна открывался вид на парковку, где находилось всего несколько десятков машин. Небо хмурилось, тяжёлые тучи наползали, как огромные и ленивые тараканы. Окружающий город, несмотря на утро рабочего дня, притих в ожидании ливня, словно заяц в кустах, решивший переждать опасность. Никита сложил руки на груди, отвернулся от окна. Директор смотрел на него круглыми глазами.
– Ты всерьёз полагаешь, что он незаменим? – переспросил бизнесмен.
– Но нельзя ведь…
– Да уже завтра на его месте будет работать другая вещь, – перебил Никита. – И будет радоваться, что нашёл место, где сможет заработать на еду! Убери его, если не нравится и придёт следующий! Понимаешь? – бизнесмен всмотрелся в лицо подчинённого.
– Никита Сергеевич, по‑моему, вы перегибаете… – попытался вставить директор. Его лицо преобразилось: глаза сузились, скулы заострились, щёки раскраснелись.
Хозяин «Схватишек» для себя отметил, что этот человек слишком сильно любит двуногих.
– Люди. Это. Мы! – разделяя слова длинными паузами, произнёс Никита. – Я. Ты. Запомни: люди это те существа, которые ценят отпущенное им время и тратят его с умом. Рабы же предпочитают отдыхать. Они всего лишь инструмент, лежат и ничего не делают! Потому и относиться к ним надо соответствующе. Заставлять. Нагибать. Штрафовать. Увольнять по статьям, в конце концов, за любую провинность. Я доходчиво объясняю?
– Вполне, – на лице директора застыла маска отрешённости. Он слышал хозяина «Схватишек», но воспитание и моральные установки не позволяли ему понимать глубинный смысл сказанных слов.
Бизнесмен присел обратно в кресло для гостей. Хитро улыбнулся.
– Поэтому моя сеть магазинов процветает, – продолжил хозяин «Схватишек». – Я давно понял, кем является подавляющая часть людей. И, если человечество запретило рабство, это не означает, что рабство пропало. Просто надо уметь им пользоваться. И в твоих интересах научиться. Иначе… – Никита пристально взглянул на директора. – Нам придётся расстаться. Любовь к людям ни к чему хорошему не приводит. Тебе решать, будет ли у нас и дальше плодотворное сотрудничество. Я понятно выражаюсь?
– В‑вполне, – с запинкой выдавил Колобок.
– Вот и замечательно, – ободряюще улыбнулся хозяин «Схватишек». – Хорошо, когда люди друг друга понимают? Правда?
– Правда, – кивнул подчинённый.
На несколько мгновений Никита задумался. Директор застыл с подобострастным выражением, словно собака, которая схватит любую брошенную кость.
– Я тут вообще оказался практически случайно, – начал хозяин «Схватишек». – Но теперь точно буду периодически, а главное неожиданно, наведываться. Сейчас лечу на открытие нового супермаркета в Дмитров. Подумал, что давно не заезжал. Думаю, дай‑ка проведаю. И что я здесь увидел? – поглядел на директора.
– Плохой контроль над… над…
– Ну? – подбодрил бизнесмен.
– Инструментом, – выдавил подчинённый.
– Правильно, – расцвела улыбка на губах Никиты, глаза оставались серьёзными и внимательными. – Плохой контроль над инструментом. Это был первый и последний раз. Я достаточно ясно выразился?
Колобок поспешно кивнул.
– Тебе меня когда‑то хорошо рекомендовали, – продолжил хозяин «Схватишек». – Потому, будь любезен, оправдай эти рекомендации. Я сейчас слетаю на открытие нового магазина, потом кое‑куда заскочу, а на обратном пути обязательно наведаюсь. И хочу здесь увидеть идиллию. Ясно? – директор несколько раз кивнул. – Рабы трудятся в поте лица, менеджмент следит, чтобы рабы трудились. А мы с тобой получаем деньги. Разве плохая схема? – приподнял бровь бизнесмен.
– Очень хорошая, – натянуто и явно через силу улыбнулся Евгений.
– Так чего ты тогда её не используешь?
– Исправлюсь, Никита Сергеевич. Исправлюсь.
– Верю, – поднялся с кресла хозяин супермаркетов «Схватишка». – Иначе мне придётся искать в этот магазин нового директора.
 
 
***
 
После первого раската грома с неба припустил такой дождь, будто бог решил устроить очередной потоп. Моментально образовались огромные лужи, из которых чуть позже сформировались целые реки. Люди столпились в стеклянном тамбуре супермаркета. За стёклами стояла сплошная стена дождя. Казалось, протяни руку и ощутишь твёрдую поверхность. Самые смелые или самые торопыги прикрывали голову пакетом и бежали к машинам. Такой манёвр спасал от намокания лишь шевелюру. Колобок проводил нежданно нагрянувшего начальника до выхода. Когда увидел погоду, лицо сделалось чернее туч на небе. Никита цокнул языком и почесал нос. Такого разворота событий он тоже не ожидал, хотя пилот о чём‑то подобном пытался предупредить. Но бизнес есть бизнес. И погода туда никоим боком не вписывается.
– Мда‑а‑а‑а… – удручённо протянул Евгений. – На сегодня конечно передавали дождь…
Он кинул мимолётный взгляд на руководителя и снова вперился в стену дождя, будто мог сделать проход в воде подобно Моисею.
– Согласен, – нахмурился Никита. – Мне надо как‑то вон в ту машину попасть, – указал, на стену дождя, где должно стоять vip‑такси.
Директор посмотрел в указанную сторону. На лице появилось плаксивое выражение. Никита догадался, что подчинённый думает, будто ему предлагают выйти на улицу.
– Сейчас самое время попробовать на практике применить то, о чём мы говорили, – положил руку на плечо подопечному хозяин «Схватишек». Директор посмотрел на него долгим, непонимающим взглядом.
– Охранник на входе, – с улыбкой подсказал бизнесмен. – Забыл, что рабов эксплуатировать надо?
Рядом стояла полная женщина в красном платье. В одной руке пакет из супермаркета, в другой древний мобильник. Она бы не обратила внимания на двух мужчин, не услышь последнюю фразу. Подняла расширенные глаза от телефона и приоткрыла рот, будто собиралась что‑нибудь сказать. Колобок глянул на женщину, на хозяина «Схватишек» и, словно в замедленном воспроизведении, кивнул.
– Я понял, – сказал он.
Когда подопечный ушёл, женщина продолжала таращиться на бизнесмена. Никита, от нечего делать, стал смотреть на неё. Обычно люди смущались, опускали взгляд. Так же произошло и в этот раз. Она опустила взор, слегка передёрнула плечами.
Евгений вскоре вернулся в сопровождении давешнего охранника со входа.
– …вон та машина, – показал ему на «Лексус», видневшийся сквозь потоки немного стихшего дождя. – Надо чтоб она подъехала пассажирскими дверьми точнёхонько ко входу. Понимаешь?
Охранник с тоской посмотрел на струи дождя. Оценил дорогу к автомобилю. Остальные люди тоже начали присматриваться и прислушиваться к происходившему в стеклянном тамбуре.
– Учти, сам он может не подъехать достаточно ровно, – добавил директор. – Тебе придётся помочь ему.
Лицо охранника омрачилось ещё сильнее. Он бы и рад ответить «нет», но одного взгляда на Никиту хватило, чтобы понять – это будет последнее слово на этой работе. Хоть в ней и не было ничего особенного, но как самый обычный и рядовой человек, он боялся перемен и смелых поступков. Привык подчиняться.
– Сделаю, – печально вздохнул он.
Ссутулившись, поправил ремень и, ещё раз глубоко вздохнув, выбежал под ливень.
– Ладно, – бизнесмен пристально наблюдал, как охранник, хлюпая по лужам, подбежал к vip‑такси. Усиленно жестикулируя, объяснил водителю, что надо сделать, а после принялся помогать подъехать к дверям. – Этого оставь. Чувствую, что от него будет отдача. Но «незаменимого» начальника эсбэ – в шею. Сегодня же! Я понятно выразился? – со сталью в голосе произнёс Никита.
Соседи по непогоде притихли, будто решались их судьбы.
– Я понял вас Никита Сергеевич, – поспешил заверить директор подмосковного «Схватишки». – Всё будет, как вы сказали. Не сомневайтесь!
– Посмотрим, – буркнул хозяин сети супермаркетов, мысленно наметив заглянуть в этот магазин ещё раз, а в свободное время проверить документацию.
Такси, тем временем, подъехало. Автоматические двери разъехались в стороны. Ветер начал заносить струи внутрь. Люди отшатнулись. Бабушки заворчали, запричитали. Забежал мокрый до нитки охранник. Распахнул перед хозяином пассажирскую дверь.
– Даю тебе две недели! – сказал Никита вместо прощания.
Запрыгнув в автомобиль, смахнул несколько капель с рукава пиджака. Охранник, словно вышколенный лакей, захлопнул дверь.
– Обратно? – поинтересовался водитель.
– Да. И поживее! Я и так опаздываю.
Таксист собрался ответить «Поживее не получится, ведь не видно ничего», но в последний момент промолчал. К капризам и глупым требованиям богатеньких мальчиков и девочек он привык.
Дождь нещадно лупил по крыше. Казалось, хотел пробить. Машин на дороге встречалось крайне мало. Большинство водителей предпочитали где‑нибудь постоять, пережидая непогоду, нежели ехать почти вслепую. Храбрецы, или глупцы, которые появлялись навстречу, двигались медленно. Никита видел, что и его автомобиль едет еле‑еле, хотя дорога пуста. Попытался побороть возмущение. Чтоб как‑то отвлечься начал внимательно смотреть в окно. Но потоки дождя сильно мешали. Тогда хозяин «Схватишек» принялся вспоминать становление собственного бизнеса. Так он делал в последнее время, когда одолевали грустные мысли.
Вернувшись из армии, Никита решил работать на себя. Мама отговаривала, с отцом по этому поводу вообще рассорился, друзья насмехались, крутили пальцем у виска. Девушку завести не получалось – не хватало времени и денег. Весь доход от маленького табачного прилавка на рынке уходил на развитие и налоги. В то время как друзья‑ровесники постигали науки, большинство из которых в этой жизни никому не нужно, он прилагал все усилия для расширения дела. К тому времени как друзья‑ровесники окончили институты и принялись за поиск работы, с табачным прилавком было покончено. Никита уже владел небольшим продуктовым мини‑маркетом – первым магазином с названием «Схватишка». Тех, кто над ним больше всего насмехался, взял на работу. Выжал из них все знания и силы, а после избавился. Именно тогда впервые задумался над тем, что большинство людей лишь рабы. Тогда впервые увидел подхалимство приятелей, которые поверили в него и всеми правдами и неправдами хотели получше пристроить зад. При этом, естественно, как можно меньше работая. С дальнейшим развитием бизнеса теория лишь подкреплялась. Большинство тех, кто приходил к нему работать, были рабами. Та категория людей, которая ненавидит богатый класс, но сами предпочитают в этой жизни не напрягаться. И недостатка в таких нет – их большинство. Один раз случился затяжной кризис, когда в Интернете появилось множество отзывов на «Схватишки». В них давалась крайне нелестная характеристика о работе в его организации. Никита почти отчаялся. Однажды ночью, размышляя о сложившейся ситуации, понял, что надо попросту закабалить сотрудников. Сделать им при кажущихся высоких доходах настоящее рабство. Спустя несколько дней у него созрел план. Первым делом он открыл банк. Конечно, эта процедура съела много денег, но в перспективе, как просчитал бизнесмен, того стоила. Банк «Схватишка», занимался тем, что выдавал кредиты под низкие проценты сотрудникам супермаркетов «Схватишка». Чтобы оплатить кредит, работникам даже не надо никуда идти, необходимая сумма вычиталась из зарплаты. В итоге сложилась ситуация, когда человек мог позволить купить себе любые товары в родном магазине. При этом даже ничего не платить. Никита и здесь немного расстарался и серьёзно увеличил ассортимент магазинов, завёз разнообразную бытовую, компьютерную и мобильную технику, одежду, тренажёры и ещё много‑много чего. В последующий год дела медленно, но верно ползли в гору. Открывались новые магазины, приходили работать люди… И оставались. Набирали товаров не по карману, а после работали, отдавая эту сумму с небольшими процентами. Пока возвращали, набирали ещё. И так до бесконечности. В последующем услуги банка расширились, и он начал выдавать ипотеку и автокредит с пониженной процентной ставкой для сотрудников. Из работодателя Никита превратился в человека, которого многие благодарили. Ведь он, одновременно, давал и жильё и работу. Нюанс состоял в том, что при увольнении процент по кредиту серьёзно возрастал. Лишь единицы решались уволиться и остаться без работы с кредитом на шее. Остальные на них смотрели, как на полоумных. Вскоре штат магазинов укомплектовался, и увольнения происходили крайне редко. Когда дела пошли в гору, Никита сам начал увольнять проштрафившихся сотрудников. Ему достаточно было уволить нескольких, после сделать так, чтобы те не смогли найти работу, влезли в большие долги, запили. В каждом случае всё заканчивалось по‑разному. Кто‑то надолго сел за воровство, кто‑то наложил на себя руки, кто‑то закончил жизнь бомжем в подворотне. Информация об уволенных, до работников дошла – Никита собственноручно постарался. Именно после введения кредитно‑закабаливающей системы, как бизнесмен называл своё изобретение, и начался расцвет сети супермаркетов «Схватишка», которые стали расти как грибы после дождя.
Во внутреннем кармане пиджака зазвонил мобильник. Весёлое тилилиньканье ярко контрастировало с угрюмой погодой на улице, казалось неуместным. Будто колесо обозрения на кладбище.
– Слушаю, – поднял трубку бизнесмен.
– Никита Сергеевич, это Олег, пилот.
– Слушаю, Олег.
– Вы, надеюсь, видели, какая на улице погода. Но это ещё цветочки, а как говорится…
– В плане без изменений, – понял хозяин сети «Схватишек» к чему тот клонит.
– Но Никита Сергеевич, нам же даже не разрешат…
– Олег, – перебил бизнесмен. – Ты вообще охренел или как? Я тебе что, плачу за то, чтобы ты со мной спорил? А может за то, чтобы решал, что мне делать? Я тебе чётко и ясно, ещё позавчера, сказал, что сегодня к часу мне надо быть на открытии нового супермаркета. Сейчас сколько времени?
– Половина первого, – пробормотал пилот.
– Так какого же ляда ты тогда смеешь мне что‑то говорить про погоду?! – закричал Никита.
– Понял. Жду.
Хозяин «Схватишек» прервал соединение. Увидел, что водитель смотрит на него в зеркало заднего вида.
– Может, за дорогой лучше следить будете? – поинтересовался бизнесмен.
Таксист прибавил скорости и больше не смотрел в зеркало заднего вида. Никита не успел убрать телефон в карман, как тот вновь завибрировал. На этот раз высветилось, что звонит Лариса – помощница. Красивая и умная женщина тридцати с хвостиком лет. Никита, с его пренебрежением к людям, этого человека ценил. Лариса никогда не была замужем и о личной жизни, казалось, не думала. Только о работе. Вкалывала круглосуточно, даже больше самого Никиты.
– Слушаю, дорогая, – дружелюбным тоном сказал бизнесмен.
– Здравствуйте, Никита Сергеевич, – прощебетала Лариса. – Я вас не сильно отвлекаю?
– Для своей правой руки я всегда свободен.
– Тогда к делу, – стал серьёзен её тон. – Тут, в Подмосковье, завод один появилась возможность купить. Мне показалось, вам это может быть интересно.
– Завод?! – воскликнул хозяин «Схватишек», так искренне, что даже водитель такси бросил мимолётный взгляд в зеркало заднего вида. – Зачем мне завод?!
– Шеф, вы не кипятитесь раньше времени. Я знаю, что это «не вашего поля ягодка», но я тут посчитала… В общем, завод продаётся за копейки. По моим подсчётам окупится через четыре года, а уже…
– Подожди‑подожди, – оборвал Никита. – Что за завод и что он производит?
– Производит презервативы. Площадь небольшая, так как полностью автоматизирован. Обслуживающего персонала минимум. Там сторожей больше. В общем, при таком минимальном расходе на заработную плату…
– Лариса! – вновь перебил бизнесмен. – Ты же знаешь мои предпочтения.
– Знаю, – согласилась помощница.
– Тогда зачем ты мне предлагаешь то, где я даже свои таланты реализовать не смогу? Зачем мне автоматизированный завод? С машинами не поспоришь, ими не покомандуешь…
– Но, Никита Сергеевич, это же отличная возможность попытаться сделать что‑то новое! Тем более при тех расходах, что требуются на этот завод! К тому же…
– Лариса, заканчивай, – оборвал бизнесмен. – Не нужен мне этот завод. Пусть он и выгоден, но я предпочитаю использовать рабский труд. Он ещё выгодней.
– Ваше слово закон, – вздохнула помощница. – Моё дело узнать и предложить.
– Хорошо, моя драгоценная, – улыбнулся Никита. – Спасибо за информацию. До встречи.
– До свидания! – прощебетала помощница.
 
 
***
 
Пару лет назад Лариса уговорила купить вертолёт. Никита долго отбрыкивался, но помощница настояла. Поначалу, конечно, было непривычно. Постепенно втянулся. Даже учиться управлять им начинал, но так и не закончил. Дела не позволяли. Спустя короткое время вошёл во вкус владения транспортным средством, для которого не страшны пробки и расстояния в триста‑четыреста километров. Сейчас не представлял, как раньше обходился без него. Единственное, что мешало и сильно раздражало – шум. Но бизнесмен решил стойко терпеть.
«Хочешь бесшумно, – пошёл на договор с собой. – Садись в машину и плетись черепашьим ходом».
Перед отлётом позвонили из нового супермаркета. Переспросили, точно ли прибудет Никита. Бизнесмен строго‑настрого приказал не начинать без него. Ни один из супермаркетов не начал работы без того, чтобы он не разрезал красную ленточку.
За окном бесновался дождь. Под порывами ветра вертолёт изредка кидало из стороны в сторону. Никита бы этого и не заметил, не налетай за последний год около тысячи часов. Олег перед вылетом попытался сослаться на непогоду, но бизнесмен посмотрел на него так красноречиво, что пилот посчитал за благо рискнуть.
Когда пролетали над Лосиным Островом, в кармане завибрировал мобильник. Сигнала не слышно. Да и отвечать при таком грохоте бессмысленно. Никита вытащил телефон, посмотреть, кому захотелось с ним поговорить.
Звонила бывшая жена. Её номер на дисплее телефона мог означать лишь одно – очередные проблемы. Пошёл уже четвертый год тяжб, в разработке находилось третье дело против него. Её новый муж, адвокат, ни капли не стесняясь, положил глаз на его бизнес, пытался отсудить половину. Именно после этой женщины Никита начал бояться противоположного пола. А в особенности красавиц. Сильно обжёгся на их продажности и алчности. При разводе бывшая супруга и так получила виллу в Майами, пятикомнатную квартиру на Тверской, бронированный «каддилак», да небольшой, по сравнению с сетью «Схватишек», но достаточно прибыльный бизнес – крупный магазин автозапчастей. Но ей оказалось мало. Она решила вытянуть всё. Или как можно больше. Никита даже начал как‑то задумываться о найме киллера, но, трезво взвесив «за» и «против», решил не прибегать к таким крайним и опасным мерам.
Сколько этих красивых лис завертелось вокруг после развода – не перечесть. Но Никита стойко выдерживал атаки. С особенно настойчивыми, помогала справиться Лариса. После чего и поползли слухи, будто они вместе. Бизнесмен и сам пару раз задумывался над таким жизненным поворотом, тем более помощница подходила под его идеал жены.
Однако ожог от прошлого брака болел. И сильно кровоточил.
Телефон продолжал вибрировать. С экрана улыбалось лицо бывшей супруги. Никита вспомнил, как радовался, когда высвечивалась эта фотография, сделанная на Мальте. Теперь она ничего кроме отвращения не вызывала. Зачастую он вообще передавал трубку Ларисе, и все вопросы решала помощница.
Бизнесмен собрался нажать «отклонить вызов», когда за окном сверкнуло. Глаза на мгновение ослепли. Вертолёт содрогнулся, будто колокол от удара звонаря. На приборной панели запищало. Ещё раз тряхнуло. Телефон вылетел из рук. Даже сквозь окружающий грохот Никита расслышал характерный треск корпуса. Вертолёт резко накренился, и бизнесмен мгновенно забыл о поломке дорогущего аппарата. Его кинуло на дверь. Голова приняла на себя всю силу удара. На стекле образовалась сеть паутинок. В глазах потемнело. Когда сознание на доли секунды вернулось, Никита увидел, что земля приближалась с катастрофической скоростью.
«Деревья должны смягчить удар» – пронеслось в сознании перед тем, как тьма поглотила окружающий мир.
По всем вопросам: author(собака)goncharovsergey.ru