Сергей Гончаров Сихирти
Журнал «Кольцо А» № 105


 

Владимир КОРКУНОВ

ПЕРЕРОЖДЕНИЕ РАБА

 

 

Дебютный роман ростовского прозаика Сергея Гончарова «Сихирти» – литература, безусловно, жанровая. Перед читателем фэнтези, мимикрирующий  под реализм. Хотя при желании в романе можно отыскать элементы детектива, мистики, даже магического реализма. Однако, в первую очередь, это – приключение.
Если коротко, «Сихирти» – роман-зеркало, взгляд на себя со стороны. Изначально протагонист Никита предстаёт бизнесменом новой волны, для которого подчинённые – рабы, а во главе угла – результат. Об этом он рассказывает Колобку, директору одного из своих супермаркетов: «Если человечество запретило рабство, это не означает, что рабство пропало». Это лейтмотив героя.
Отношение к человеческому ресурсу наглядно показывает и сцена с вертолётом. Никита собирается на открытие нового магазина, но погода для вылета неподходящая – ливень, ветер, сполохи молний. Несмотря на протесты пилота, Никита приказывает отправляться. Как следствие, вертолёт терпит крушение в подмосковных лесах, Никита чудом остаётся жив. Осматривая тело пилота, бизнесмен замечает: «Придётся искать нового пилота. Да что там пилота?! Вертолёт придётся новый покупать!». Ну а когда выбирается из разбитого судна, его пленят подземные жители – сихирти (1), которые выходят на поверхность в поисках… да, новых рабов.
С первых страниц романа Гончаров заостряет внимание на двух состояниях человека: быть успешным и бездушным или бесправным и раболепным. Довольно-таки утрированная схема, напоминающая «вывернутую перчатку» шахматной партии: тут не пешка прошла в ферзи, а королева стала пушечным мясом.
Фокусируется прозаик на психологии Никиты, помещая героя в морально непростые ситуации – полные оскорблений и унижения человеческого достоинства. Целью Гончарова становится сдвиг в характере персонажа под воздействием внешний условий.
Полагаю, будет продуктивно анализировать текст романа, ориентируясь на сюжет. Итак, Никита попадает в подземный мир, конкретно – в неосвещённую пещеру одного из тоннелей сихирти. Там Никиту раздевают и ставят перед фактом: у него будут еда и женщины, а задача бывшего бизнесмена – беспрекословно подчиняться новым хозяевам и… оплодотворять человеческих самок. Ибо младенцы в подземном мире – товар.
Так начинается рабско-бесправная жизнь Никиты. Гончаров намеренно использует приём гиперболы – self-made предприниматель оказывается в шкуре своих подчинённых, только на более кабальных условиях. Разумеется, он пытается сбежать, но его всякий раз избивают и возвращают в пещеру.
Общается Никита с надсмотрщиком Туди, одним из немногих сихирти, которые владеют русским языком. Старик едва ли не бессмертен (это одно из фантастических допущений).  Он долгое время прожил на поверхности. В детстве застал въезд Наполеона в Москву, затем – крестьянскую реформу 1861 года, после – расстреливал царскую семью, с фюрером воевал, а теперь – к сихирти прибился. Полагаю, автору стоило заострить внимание именно на освобождении крестьян – коль скоро это напрямую касается темы книги.
Туди объясняет Никите подземные порядки. Так, после трёх неудачных совокуплений, пленника отпускают во Внешний мир – тоннель, из которого есть выход на поверхность. Там же обитают подземные хищники, мутанты и представители других миров.
Гончаров описывает несколько коитусов протагониста с потерявшими форму женщинами; героя спасают мысли о помощнице Ларисе. В прошлой жизни он не воспринимал её как девушку, а теперь – прозрел. Однако коктейль из духовного и физического насилия поначалу не меняет Никиту – он считает плен стечением обстоятельств. По мысли Гончарова, для преображения персонажа требуются не только время, но и несколько внутренних переломов духовного толка.
Первый слом происходит достаточно быстро. Бывший бизнесмен приходит в отчаяние и отрешённо рисует на полу пещеры… лошадь. Изображение животного вызывает религиозный трепет у появившихся сихирти. Оказывается, лошадей они обожествляют. Хотя и лакомиться ими не брезгуют. Что для ограниченного в возможностях народца логично: божество и накормить способно (в прямом смысле – плотью), и тяжести перевезти, и кумысом напоить.
Новоявленного «богомаза» ведут к Императору, и вскоре Никита становится «штатным» живописцем сихирти. Его «переводят» в освещённую пещеру, от «сексуального рабства» освобождают. И милостиво одаривают правами – на одежду, свободное перемещение по тоннелям и даже на женщину-рабыню. Теперь Никита методично разрисовывает стены пещер. А в свободное от малевания время изучает Внешний мир – каждый раз исследуя новую часть лабиринта.
Внешний мир по задумке Гончарова – место столкновения магического и реального. Нередко автор логически объясняет сверхъестественные допущения, основываясь на славянских верованиях. Это добавляет в текст элементы магического реализма. Так, чёрная вода, которая разъедает факел при прикосновении, в толковании Туди – мёртвая. Следовательно, обычная вода, которую мы пьём, – живая. Разумеется, бизнесмен тут же погружается в мечты о возможной прибыли: по его логике, употребление мёртвой воды вводит человека в летаргический сон, а живой – пробуждает. Практичность пересекается с перспективой баснословных продаж. И очевидным спросом на ноу-хау: за время «анабиоза» и лекарство от СПИДа/рака будет найдено, и катаклизм/мировую войну пережить удастся.
Разумеется, фантастические допущения Гончарова не коррелируются с реальной жизнью. Однако и оценивать роман следует по законам жанровой литературы. В конечном счёте, подземный мир автору создать удаётся. Несоответствия и алогизмы в жизнеустройстве сихирти присутствуют, но задача прозаика – из области психологии. Автор заставляет читателя пройти вместе с Никитой сквозь череду унижений и моральную войну – со своей сутью; войну за поиск внутри жестокого себя – себя настоящего.
Протагонист знакомится с мироустройством сихирти, религией и праздниками, а также местным календарём – так называемым Копытом. Суть его в следующем: когда копыто лошади трескается в определённом месте, сменяется восьмая часть Копыта – и так, пока не придёт время очередного торжества. Сами праздники напоминают пьянку – сихирти пьют кумыс, пока не опустошат огромный чан.
Эта особенность народца и сделала возможным побег Никиты. Во время обследования многочисленных тоннелей, пленник находит схрон с вещами, которые чудь отобрала у людей. Среди найденного – мобильник, пистолет и несколько упаковок снотворного. Медикаменты Никита и собирается подсыпать в чан с кумысом, а когда сихирти уснут – сбежать. Остаётся улучить подходящий момент. Загвоздка одна – точного пути на поверхность подземный художник не знает, а отправляться на удачу – лишний раз рисковать жизнью. Или в параллельном мире оказаться (2).
К тому же, Никита постепенно принимает образ жизни сихирти, даже одна из его рабынь сомневается в способности пленникаморально вырваться из подземелья. Чтобы вывести героя из состояния мнимого комфорта, Гончаров сталкивает Никиту с предельной формой унижения. Когда Туди покидает племя, к протагонисту приставляют надсмотрщика Сиси. Родственник Императора оказывается «гномом» с садистскими наклонностями и повадками «золотой молодёжи». Он регулярно избивает и оскорбляет Никиту, периодически лишает его еды и гигиенических процедур. Последняя идея Сиси, кастрировать пленника, заставляет героя действовать оперативно. Выбор прост: или бежать неудачу, или брать Императора в заложники – с требованием показать выход. Никита вооружается пистолетом, но… совершает непростительную глупость – стреляет в первых попавшихся охранников. Как следствие, удавка на шее экс-бизнесмена сжимается до предела. Он лишается всех прав – женщины, одежды, освещённой пещеры. А издевательства Сиси выходят на новый уровень.
Помогает, как водится, случай. В один из дней (или одну из ночей; часов здесь не существует) сихирти собрались на показательную казнь рабов, которые сбежали из подземелий, но от преследователей скрыться не смогли. Когда двоих пленников забивают до смерти, Никита решается на отчаянный поступок. Он вырывается из толпы и устраивает безумную пляску с камланиями около последней жертвы. Храбрости мы, разумеется, поём песню, коль скоро она не приводит к печальным последствиям. Так и здесь. Сихирти посчитали, что в Никиту вселился Дух Подземелий; самого художника отправляют в пещеру, а девушку – временно оставляют в живых, как говорят в оперативной хронике, до выяснений обстоятельств. Дело остаётся за малым – отыскать её в пещерах рабов и узнать, где находится выход.
Дальнейшее происходит как в action-фильмах. Никита дожидается очередного Великого праздника, усыпляет сихирти и находит пленённую беглянку. Следует битва с неживым охранником рабов, и вот она – свобода. Выход, к слову, оказался практически у самого входа во Внешний Мир.
Заканчивается роман сценой в магазине, в котором и началось повествование. Директор Колобок внял бесчувственной политике хозяина и перестроил работу супермаркета на новый лад: место дружеской атмосферы заняла околовоенная дисциплина. Зато прибыль выросла. Однако теперь подобное отношение к людям кажется для героя дикостью. Он не сломался – изменился или, если точнее, переродился духовно. Испытал на себе, что значит рабство. А потому просит Колобка сменить кнут на пряник. Ну и как принято в хэппи-энде, Лариса становится супругой Никиты, а его бизнес-империя покоряет новые высоты.
В конечном счёте, мир Гончаровым создан: яркий, правдоподобный, проработанный. Это, безусловно, плюс. Поэтому дебют вчерашнего выпускника Литературного института им. А.М. Горького (семинар А. Сегеня) следует признать успешным. Самое главное у него уже есть – он способен создавать миры, ставить художественные задачи и решать их.
 
Примечания:
1. Самоопределение народца смущать не должно: эти существа знакомы нам по названию чудь. Гончаров приводит и другие определения-синонимы: гномы, зете, сиды, чакли, биценты, людки, сирчи, дивьи люди. На страницах романа можно отыскать их историю. Жили сихирти на трёх островах Северного Ледовитого океана. Пока он льдом не покрылся. Затем встретили человека, который привёл к сихирти соплеменников – чтобы порабощать и грабить. Сихирти прятались от людей в лесах, а потом спустились под землю.
2. Так, во время одной из вылазок, пленник попадает на платформу метро альтернативной Москвы – выход завален, там некие «они», а между путями бродят одичавшие животные и людоеды. Некоторое объяснение пространственным «ответвлениям» даёт запись найденного в пещерах диктофона. На ней – история неудачного побега одного из предшественников Никиты, который уверяет, что «когда-то была нарушена связь между мирами. <…> У нашего мира появился клон. <…> те, другие, начали за нами наблюдать. Типа эксперимент был. Внеплановый. Но его быстро прекратили, но портал между мирами остался». Любопытное ответвление от основной истории, которое, к сожалению, должным образом не развито, но, возможно, это дело будущих романов Гончарова.
По всем вопросам: author(собака)goncharovsergey.ru